Цитадель Детей Света
23 Февраля 2018, 17:48:37 *

Войти
Гильдия переводчиков анонсирует наш новый-старый проект: Пир для воронов: перезагрузка
 
   Начало   Помощь Staff Tags Галерея Войти Регистрация Сайт Wiki Westeros Кубик  
Страниц: 1 [2] 3 4 ... 6   Вниз
  Печать  
Автор Тема: Демоны V0.2  (Прочитано 18230 раз)
0 Пользователей и 1 Гость смотрят эту тему.
Пингвинчег
Кар'а'карн
Айил
*

Репутация: +860/-0
Russian Federation Russian Federation

Сообщений: 5296


Тайн Шари из септа Туманная Вода Миагома Айил


« Ответ #15 : 28 Января 2015, 10:52:24 »

Асмодеус

Похоже, здесь было принято рассказывать какие-нибудь интересные истории, чтобы развлечь хозяина. Демонессе это было знакомо - сестры любили делиться рассказами о своих злодеяниях, да и Беатриче любила послушать какие-нибудь интересные истории, особенно когда ее навещали другие ведьмы.
-Чревоугодие, чревоугодие... Хммм.
Асмо задумалась. Конечно, при мысли о чревоугодии ей сразу вспомнилась сестричка Бельзе*. Та всегда первой налетала на обеденный стол, а если Ронове* пек свое знаменитое печенье, то даже подкарауливала его утром у двери, чтобы успеть ухватить сколько получится и смыться. Впрочем, иногда сестренка не знала меры. Она даже слопала часть обеда, который Беатриче предназначала для одной из жертв. Ведьма была в ярости, ведь для каждого из блюда ей нужно было не по одному разу убивать нескольких человек.* Бельзе потом несколько дней ходила бледная и полупрозрачная, трясясь как осиновый листик... Но это, пожалуй, не подойдет в качестве хорошей истории. Что же такое рассказать?
-Вспомнила, вспомнила! - Асмо даже захлопала в ладоши от радости. Эту историю рассказывал как-то Ронове.
-Жил когда-то в одной стране человек, у которого был очень тонкий вкус. Его вкусовые рецепторы были настолько чувствительными, что он мог различать тончайшие оттенки вкусов. И надо же такому случиться, что он оказался одним из тех удачливых людей, что находят себе место в жизни в полном соответствии со своими природными способностями. Он стал ресторанным экспертом и критиком. Он использовал свое умение, чтобы оценивать качество работы лучших поваров самых разных стран, помогать им придумывать новые, еще более совершенные блюда, подниматься на все более высокий уровень в их искусстве. Его имя всегда произносили с уважением, он был известным и желанным гостем в любом ресторане. У него была семья - жена и дочь, было много денег, высокий ранг в обществе, в общем, он жил роскошной жизнью, о которой многие люди могли лишь мечтать, и при этом он приносил людям пользу. Что же здесь плохого, спросите вы? Но дело в том, что с каждым годом Критик становился все более привередливым. Все чаще он требовал от испытуемых поваров удивить его чем-то особенным, новым. И все реже чувствовал удовлетворение от тех шедевров, в которые вкладывали все свое умение труд повара. Заботы об услаждении своего языка и желудка стали вытеснять все остальное - даже заботу о семье, которую он любил когда-то больше всего. Имя его, которое раньше произносили с благоговением и уважением, все чаще стали произносить со страхом и ненавистью, потому что он все чаще, лишь попробовав то или иное блюдо, презрительно бросал: "Ничего особенного" - а для повара это становилось концом карьеры, а для некоторых и жизни. Но Критика это не волновало, его заботило лишь удовлетворение своего пресыщенного вкуса.
Асмо немного перевела дух, и заодно вгляделась в главного слушателя, чтобы понять, нравится ли ему рассказ. Но на грозном и красивом лице хозяина этих земель она увидела лишь прежнюю скуку. Асмо мысленно нахмурилась. "Мог бы и проявить немного внимания." Затем демонесса продолжила:
-И вот Критик со своей семьей приехал в одну экзотическую страну. Там он посетил один большой, очень фешенебельный ресторан, где попросил угостить его каким-нибудь блюдом национальной кухни той страны. Но, когда он съел то, что ему принесли, то даже презрительно скривился. "Я ожидал, что ваша хваленая национальная кухня сможет удивить меня чем-то, показать мне новые вкусовые ощущения! Но в том, что мне принесли, нет ничего, что я не пробовал бы раньше! Это все не стоит тех дифирамбов, что вы сами себе поете". При этих его словах и повар, и владелец ресторана впали в ступор, а затем рассердились, но Критик не обратил на это внимания. Он лишь спокойно покинул заведение. На улице к нему вдруг подошел мужчина, который сказал: "Я слышал вашу речь там. Если хотите, я угощу вас по-настоящему экзотическим блюдом, какого вы еще не пробовали, и не попробуете нигде больше!". Критик сначала хотел было прогнать этого мужчину, но желание найти наконец настоящую усладу для своего желудка заставило его кивнуть. Мужчина протянул ему карточку с адресом и сказал: "Приходите завтра, и я угощу вас самым лучшим обедом в вашей жизни".
На следующий день жена и дочь Критика отправились в поход по магазинам, а сам он, несколько часов промаявшись в роскошном гостиничном номере, к назначенному времени приехал в тот самый ресторан. Впрочем, это оказался не ресторан, а, скорее, небольшая закусочная, спрятавшаяся среди тесных улочек дальней части города и окруженная пышными клумбами с разными цветами. Когда Критик вошел, то увидел очень простую обстановку - грубые столы с отметинами от ножей, почти никаких элементов декора - лишь пара цветов в дешевой вазе на тусклом окне. Из двери в кухню вышел тот самый мужчина, что пригласил его сюда. "Вы как раз вовремя", - сказал он. "Обед готов, присаживайтесь за любой стол". Подойдя к входной двери, мужчина повесил на нее табличку "закрыто". Критик нехотя сел за стол, а затем хозяин, видимо, он же и повар, вынес из кухни поднос, на котором стояла глубокая глиняная тарелка. Когда тарелка оказалась на столе перед Критиком, он увидел обычный суп, с крупно порезанными кусками мяса и овощей. Но запах, который поднимался над этой тарелкой, вызвал у Критика такую дрожь предвкушения, какой не вызывала у него ни одна женщина, даже в те времена, когда он интересовался женщинами, а не только едой. Дрожащей рукой Критик поднес ко рту ложку - и глоток этого обжигающего супа вознес его на такую вершину блаженства, какой он не достигал никогда. Вкус этого супа был одновременно и нежным, и пряным, и острым... казалось, он сочетал в себе все возможные вкусы. Критик даже не заметил, как опустела его тарелка, а повар уже поставил перед ним другую - на этот раз это было мясо с овощами. И хотя Критику казалось, что вкуснее того супа быть ничего не может, но это блюдо оказалось еще вкуснее. Съев все, Критик несколько минут просто сидел, закрыв глаза и ощущая себя счастливым. Повар в это время стоял рядом и с улыбкой смотрел на него. Наконец критик открыл глаза и сказал: "Признаться честно, я удивлен. Не думал, что такая простая еда может быть настолько восхитительной. В чем ваша тайна?". Повар улыбнулся еще шире и ответил: "Ведь вы же хотели попробовать по-настоящему традиционную еду. Впрочем, ради вас я открою секрет - все дело в правильном подборе сырья. Если хотите, я проведу вас на кухню и все покажу." "Конечно, хочу. Я должен это узнать", - отозвался критик, и пошел вслед за поваром. Тот открыл перед ним дверь и впусти в большую кухню. На кухне он увидел такую же простую обстановку, как и в зале. Двое помощников повара - рослые широкоплечие мужчины - что-то нарезали большими ножами на огромных разделочных досках. "Знаете, тот ресторан, в котором вы были вчера", - вдруг сказал из-за спины Критика повар, - "Его держит мой отец, а повар - мой старший брат." "Так вы хотели показать мне, что лучше вашего брата, и чтобы ваш отец взял вас вместо него?", - Критик даже не обернулся, он уже сталкивался с подобным. "Глупости", - отозвался повар. - "Я не умею готовить изысканные блюда, только простые, вы же сами видели. Как я уже сказал, все дело в сырье. Тэцу, покажи ему." Один из помощников повара отодвинул в сторону большую кастрюлю, стоявшую на столе. За ней оказалась еще одна разделочная доска... на которой стояли головы жены и дочери Критика. Прежде, чем тот успел осознать увиденное, его затылок взорвался болью и он потерял сознание.
Очнулся Критик сидя в каком-то подвале прикованным к стене за руки. Из-за долгого нахождения в неудобной позе он совсем отсидел ноги и не чувствовал их. Открыв глаза, Критик увидел стоящего перед ним повара. Тот снова улыбался. "Ну, что скажете? Понравилось вам мое угощение? Я же обещал, больше вы такого нигде не попробуете - ведь от ваших жены и дочери почти ничего не осталось. Скажите, что вам понравилось больше - суп из вашей жены или нежное мясо вашей дочери?" Вспомнив наслаждение, с которым ел этот чудовищный обед, Критик закричал, его затошнило. Повар же продолжал: "Вы видели клумбы возле моего заведения? Знаете, пепел от человеческих останков - отличное удобрение. Скажите, какие цветы любили ваши жена и дочь, чтобы я мог вырастить именно их. Неужели не помните? Впрочем, это неудивительно - ваш желудок заботил вас куда больше. Что же, выберу на свой вкус. Пожалуй, на пепле вашей жены я выращу нежно-коралловые розы. У нее ведь были именно такие губы - кораллового цвета, такие мягкие и нежные... на вкус. "Хватит!" - отчаянно закричал Критик, по его лицу текли слезы, но ужасный человек перед ним не останавливался. "А что касается вашей дочери... Думаю, к ее прекрасным глазам подойдут фиалки. Не волнуйтесь, ее лицо я не трогал, так что она и после смерти остается такой же красивой. Но прочь сантименты, ведь наш обед еще не окончен, впереди главное блюдо!" С этими словами повар откинул плед, закрывавший ноги Критика, и тот увидел, что он вовсе не отсидел ноги - их просто не было, вместо них были короткие культи. Ужас наполнил Критика до самых глубин его сущности, а в это время один из помощников повара ухватил его голову, а другой поднес ко рту тарелку, и стал запихивать ему в рот куски мяса. "Ну что вы так отплевываетесь, не ужели не вкусно?" - укоризненно сказал чудовищный повар, глядя как Критик отчаянно пытается выплюнуть куски собственного мяса. Подцепив с тарелки один кусок, повар немного пожевал его, а затем выплюнул. "И правда невкусно. А знаете почему? Потому что во всех тех блюдах, что вы ели в своей жизни, были заложены частички души того, кто их делал. И именно их, а не пищу вы стремились поглощать - души других людей. И обед из ваших жены и дочери показался вам таким вкусным потому, что души в нем было куда больше, ведь она все-таки связана с плотью, как бы печально это ни было. И ваша собственная плоть так отвратительна, потому что души в ней нет ни на грамм. Свою собственную душу вы сожрали первой. А теперь пора переходить к напиткам." Один из помощников повара запрокинул голову Критика и прикрепил ее ремнем к петле в стене. В его рот вставили воронку с двумя желобами, упершимися в руки Критика. А затем повар двумя движениями глубоко разрезал руки Критика, и кровь из них потекла по желобам прямо в воронку. "Это последние вкус, который вы ощущаете в своей жизни. Вкус вашей мерзкой прогнившей сущности. Наслаждайтесь им хорошенько, до самого последнего мига."

_____
* Бельзе - во вселенной "Когда плачут чайки" шестая из Сестер Чистилища, полное имя Вельзевул (в японском языке буквы "в" нет, поэтому ее имя произносится через "б".
* Ронове - во вселенной "Когда плачут чайки" демон-дворецкий и главный из слуг ведьмы Беатриче.
* В одном из эпизодов "Когда плачут чайки" ведьма Беатриче приготовила для своей жертвы обед из ее братьев и сестер, при этом каждого для этого нужно было убивать и возрождать несколько раз (например, для салата из языков, потому как язык у человека все же один).
« Последнее редактирование: 28 Января 2015, 10:58:41 от Пингвинчег » Записан
Плетущий сети
Избранный
Бездна Рока
*

Репутация: +738/-1
Russian Federation Russian Federation

Сообщений: 2761


Падре, губернатор, Пятачок и Все-все-все


« Ответ #16 : 28 Января 2015, 21:30:38 »

Абаддон

   Абаддон сидел, откинувшись на спинку стула, и, щурясь, смотрел на заходящее солнце. Его лучи скользили по зеркальным стенам высотных зданий, преломляясь и устремляясь в разные стороны. Здесь, на крыше небоскреба, где располагался ресторан, было светло, а внизу, у подножия зданий, уже сгущалась тьма.
- Как символично, - вздохнул Абаддон и перевел взгляд на свою последнюю игрушку – чрезвычайно прожорливого демона, бывшего смертного, который сидел напротив и с недовольным видом ковырялся в блюдах. – Свет и Тьма находятся в постоянной борьбе. Но самые большие сражения происходят в душах смертных, верно?
- Не знаю. Мир очень изменился, Дон, с тех пор, как я имел несчастье подавиться оливками в триклинии. Мне это не по нраву, - сумрачно заметил Марк Деций Цедиций и икнул. Некогда патриций, а теперь рядовой демон по прозвищу Медуллий или Медуций, уж как кому удобнее, он совмещал в себе страсть смертного к наслаждениям и поистине демоническое здоровье, ведь отведать столько блюд, сколько отведывал Медуллий ежедневно, было под силу только демону.
   Абаддон наклонился ближе к собеседнику и негромко промолвил:
- Люцифер дал задание..
- Ну!? – Медуллий выпучил глаза, забыв донести до рта вилку. – И что за задание?
- Чревоугодие, - со значением промолвил Абаддон.
- Ясно. – Медуллий тяжко вздохнул и зажевал кусок стейка. – Что тебе сказать, Абаддон… На самом деле, друг мой, чревоугодия не существует. Все опошлили, все низвели к примитиву! Вот раньше, как сейчас помню, возлежу в триклинии – рабыни стоят с опахалами, на столе изысканные блюда, посуда, редкие вина. Я окружен лучшими философами, сенаторами и ораторами...
   А сейчас что? Набросают на лепешку овощей и мяса – и вот тебе пицца! 33 вида пиццы! А кто теперь вокруг меня – смертные, причем те, которые совсем не разбираются в трапезе и винах. Сидят, возят еду по тарелке и делают вид, что что-то понимают! А ты вспомни моего повара в Риме… А наши трапезы..  Нет, Абаддон, чревоугодие ушло из этого мира, так и скажи Владыке, ушло оно, как эльфы ушли или этот старикашка с бородой, как его.. Гэндальф Белый.
- Суета сует, все суета, - пробормотал Абаддон и переместился в Ад.
***

- Чревоугодие почти ушло из мира, Повелитель! – черные крылья Абаддона взметнулись, словно демон был в ярости. – Демоны, которые должны следить за распространением греха, говорят о снижении интереса к обжорству. Грешники начинают следить за весом, они ходят к диетологам, занимаются спортом. А все дело в том, что некоторые демоны предались лени и забыли об интересах Ада. Но я готов вразумить их, если прикажешь!
Записан
Луан
Верховный Капитан Гвардии
Белая Башня
*

Репутация: +1201/-0
Andor Andor

Сообщений: 8768


Луан Мантир, Страж Авиенды, неугомонное привидение


WWW
« Ответ #17 : 29 Января 2015, 11:20:35 »

Па’У Зото Заан

— Осмелюсь доложить, господин обер-лейтенант, что вы лишились кошки.
Она сожрала сапожный крем и позволила себе после этого сдохнуть.

Я. Гашек

Бога нет!
Оставьте сообщение после звукового сигнала...

КВН

- Ему что, больше делать нечего?
Реакция Заан на предложение насладиться Чревоугодием была предсказуема. Оглядев уже собравшихся здесь, она вздохнула. Потом щелкнула пальцами и сказала пару слов появившемуся подчиненному. После чего, опять вздохнув, взяла вазу с крекерами. Нужно было заложить основу - она прекрасно помнила, чем закончились предыдущие посиделки. Кому пришла идея позвонить в Рай и пошутить над дежурным ангелом-секретарем, уже никто не помнил. Но Люцифер шутку не очень оценил. Главное, что никто не помнил, что именно тогда передали (в том числе и ангелы - там секретаря оторвали от местной посиделки, да и склероз у него был). Но пресс-служба Рая прислала ноту протеста, которую по недосмотру съели - как раз закуска к концу подходила. Ограничилось все порицанием и угрозой перевести всех с лавы на спирт, если подобное повторится.
Но делать нечего. Если бы Люцифер объявил, что они все зайцы, пришлось бы есть морковку. Так что...
Бочки стали появляться быстро. Лава зеленая, лава красная, лава синяя, лава газированная... Ну и закуски, понятное дело. Благосклонно кивнув подчиненному, Заан со вздохом оглядела будущее поле для Чревоугодия. Работы предстояло немало.
Записан
Лиса Маренеллин
Престол Амерлин
Белая Башня
*

Репутация: +615/-1
Tar Valon Tar Valon

Сообщений: 6626


Лиса . Малкир. Вышла из Белой Айя.


« Ответ #18 : 29 Января 2015, 13:43:39 »

Иллит, демон злословия.


 Зов Владыки застал главу отдела "По связям с..." за работой. Иллит как раз разбирала корреспонденцию, которую подобрал ей секретарь. На ряд писем необходимо было как можно скорее ответить, вторые могли полежать ещё неопределённое время, а про третьи можно было и вовсе забыть сразу после прочтения. Подхватив со стола пару писем, адресованных Люциферу лично, Иллит в который раз пожалела, что отказалась изначально от крыльев. Сейчас ей предстоял нелёгкий путь к Престолу Владыки Ада  
Звучно свистнув, она остановила какого-то мелкого беса и, бесцеремонно усевшись ему на спину, приказала немедленно отнести её к Хозяину. Тому ничего не оставалось делать как подчиниться.
  Спешившись у подножия трона, Иллит пинком отослала беса подальше и с низким поклоном протянула письма Люциферу, вальяжно развалившемуся на троне.
 - Это Вам, Сир, - промурлыкала она и многозначительно улыбнувшись добавила, - От Туда.
  Глава отдела "По связям с..." предпочла сегодня воспользоваться моментом и передать эти письма лично, а не через Лилит, секретаря Владыки. Когда-то ей предлагали это место, но она отказалась, чтобы не связываться с мстительной и склочной первой женой Адама. Да и на своём месте она имела больше возможностей  и свободного времени. Опять таки она могла чаще видеться с Аззи., который так некстати снова куда-то запропастился.
« Последнее редактирование: 29 Января 2015, 13:47:35 от Лиса Маренеллин » Записан
Тэль
ЮГ, Приспешник Тьмы
Модератор
*****

Репутация: +1018/-1
Lands of Always Winter Lands of Always Winter

Сообщений: 3805


Make PLOVE, not war


« Ответ #19 : 29 Января 2015, 14:45:13 »

За'афи'эль vs  Асмодеус

- Чревоугодие почти ушло из мира, Повелитель!, - произнес Абаддон, чем поверг За'афи'эля в изумление. Серебристые волосы окрасились в золотой и ярко запылали на фоне красных красок Ада.
   Сложив ладони лодочкой демон, поразмышляв о чем-то короткое время, вдруг пропал и, мгновение спустя, появился рядом с Асмодеус.

- Милая!, - произнес За'афи'эль почти шепотом, откидывая прядку волос над ухом демонессы. - Милая история, продолжил он, отступая на шаг.
- Одержимость и гордыня, классика жанра. Но всегда играет по-новому, - склоняя немного голову, словно бы в подтверждение своей правоты, констатировал За'афи'эль.
- Я так понимаю, под конец своего бездарного существования ему так и не удалось прогнать своих бесов?
   Вслед за волосами глаза, ловящие взгляд Асмодеус, приобрели такой же оттенок, что и волосы. За'афи'эль был прекрасен.

   Асмодеус закончила свой рассказ и, поклонившись Светоносному, слегка отступила в сторону. В этот момент появился еще один рассказчик, и, пока он что-то вещал, Асмо решила повнимательнее приглядеться к аудитории. Начала она, разумеется, с главного слушателя, но быстро пришла к выводу, что парень с таким хоть и красивым, но почти каменным лицом ей будет не очень интересен. Сестренка Люси* всегда говорила, что у Асмо слишком высокие запросы, и она никогда не устроит свою личную жизнь по-настоящему. И это говорила ей Демон Гордости, ха! Асмодеус считала, что ее избранник должен быть идеален. И если для этого придется очень-очень много искать и пробовать, то Асмо готова к этому. Даже если в процессе поиска случайно возникнут жертвы. Ведь если парень не может стойко выдержать маааленькую вспышку раздражения своей девушки - то кому он тогда нужен?

   Так что Асмодеус включила "режим поиска" и первым делом пригляделась к тому, кто вещал перед ней. Это был высокий широкоплечий демон, в котором чувствовалось и благородство происхождения, и скрытая, но сокрушительная сила, подобная той, что пронизывает каждую клеточку тела готовой к прыжку крупной собаки. Асмо даже покраснела, представив на своей руке поводок, тянущийся к ошейнику этого демона. Тем временем он вдруг появился прямо рядом с ней. Асмо покраснела еще больше и даже приложила ладошки к щекам, чтобы хоть немного угомонить разбушевавшуюся фантазию и собрать мысли в кучу для ответа.



- Нет, - довольно хихикнула она. - Ронове говорил, что однажды наткнулся на него в Аду, и его призрак, корчась от боли, умолял дать ему попробовать еще человеческой плоти. Так что он не сумел измениться даже после смерти, хи-хи. А ты, кстати, неплохо поджарил того толстяка. Он так кричал, я просто в восхищении! Я - Демон Похоти Асмодеус, но это ты уже слышал, а как тебя зовут?

- За'афи'эль. Второй из семи князей ревности и вражды. - Ладонь Асме уже покоилась в руках За'афи'эля, который, приблизившись, склонился над ней в галантном поклоне и прижал к губам ладонь. - Со своим окружением, - вновь отступая на шаг, За'афи'эль щелкнул пальцами обеих рук и взору Асмодеус предстали слепки сущностей. Наделенные силой они всегда были готовы служить по первому мановению руки хозяина. Чем он и воспользовался. Один из свиты, стоял на коленях, склонив голову, протягивая Асмадеус на вытянутых руках - поднос.
- Позволь, сделать тебе подарок? - Над инкрустированном рубинами подносе парил небесно - голубой шар, окруженный легким розовым туманом. - Он дает возможность накапливать эмоции. Любые эмоции, - уточнил За'афи'эль и кончики его губ сложились в легкий намек на улыбку.



   "Ух ты, князь!" - восхищенно подумала Асмодеус. Это даже еще замечательнее, ведь ее избранник должен обладать высоким статусом. Конечно, она может кого угодно сделать королем, но с этим столько мороки. Так что князь - это просто отлично. А вот подарок Асмо не очень обрадовал. "Зачем нужно накапливать эмоции? Неужели он не видит, что я всегда стремлюсь выплескивать свои эмоции, и чем сильнее, тем лучше. И не в какой-то шарик, а на тех, кто рядом, неважно, какие это эмоции." Нет, ее избранник должен угадывать ее желания с полувзгляда. Пару мгновений За'а'фиэль, сам того не подозревая, рисковал получить тем самым шаром по голове, но Асмо (что было для нее не свойственно) решила дать ему второй шанс. В конце концов, подарок был очень красивый. Представив, как, увидев его, сестренка Левиа* сравняется цветом лица с цветом волос, Асмо улыбнулась и аккуратно взяла шарик с подноса.
-И как он работает?

   За'афи'эль щелкнул пальцами и свита исчезла. Глаза демона вдруг сделались черными, он подошел к Асмо, заключив ту в свои объятия. Их окутал плащ, похожий на увеличенные крылья воронов. Нечего не говоря За'афи'эль прикоснулся к шее демонессы, вдыхая ее аромат, ощущая вкус ее кожи. А после поцеловал. Поцелуй был долгим.
 - Посмотри, - прошептал За'афи'эль на секунду отстраняясь от Асмадеус. Голубой шар, парящий между ними, стал темно-синим. Розовый туман - красным. От него расплеталось мелкое кружево, оплетая двух демонов.
 - А теперь, почувствуй, - сказал За'афи'эль, вновь впиваясь в губы демонессы.

   От прикосновения За'а'фиэля Асмо едва не рассыпалась роем золотых бабочек - так ей было хорошо в этот момент. Но вот потом... Когда он поцеловал ее второй раз, она почувствовала, как в ее сознание словно бьется извне волна эмоций, которые одновременно и ее, и не ее. То наслаждение, которое она почувствовала в момент прикосновения, но умноженное многократно... и это испугало демонессу. "Нет, это неправильно, я хотела не этого!" - цепляясь за отчаянную мысль, Асмо пыталась не потерять сознание. Ее голова закружилась, она почувствовала, как закрываются глаза - а затем, собрав последние силы, создала призрачный синий клинок - и отчаянно ударила по шару. Яркая вспышка, ни один луч которой не пробился из-под плаща За'а'фиэля, на мгновение ослепила ее, но то же произошло и с демоном - и Асмо стремительно вырвалась из его объятий, повиснув в воздухе.



Стоило ей освободиться - и на смену испуганной и обиженной девушке из темной глубины ее сущности поднялась Демонесса. Обида на ее лице стремительно сменялась злостью, слезы из уголков глаз испарились в мгновение ока.

- Как ты смеешь?! - мелодичный голос Асмо был сейчас больше похож на рычание. - Я Седьмой Столп Чистилища, а не одна из твоей свиты! Ты должен доказать, что достоин моего сердца! А если, - тут Асмодеус перешла на шипение, с каким погружается в воду раскаленное железо, - вздумаешь меня обмануть, запугать или принуждать к чему-то - я вырежу твое собственное!
Глаза демонессы сверкали красным огнем, выражение ее юного лица сменилось с обиженно-злобного на горделивое и гневное. Вокруг нее раскрылись багровые заклинательные круги, готовые в любую минуту обрушить мощь Асмодеус на обидчика.



-Я - Похоть! - на этот раз голос демонессы звенел закаленным и отточенным клинком. - Дерзнувший познать меня отдает в обмен свою жизнь и душу, и иной платы нет и быть не может. Тебе не переплыть и половины того океана крови, что пролита за один мой благосклонный взгляд! А ты удостоился чести коснуться меня, и уже решил, что тебе позволено все? Знай свое место! 
Здесь, вне человеческого мира, Асмодеус могла проявить всю свою силу. И пусть она была младшей среди Сестер Чистилища и уступала старшим в силе, скорости или выносливости, зато ее умения нанести один неотвратимый удар, от которого нельзя уклониться, не было больше ни у кого из Сестер Чистилища.

   Почувствовал ли что-то За'афи'эль? Со стороны казалось, что он просто превратился в столб. Черты его лица окаменели, плащ перестал развиваться. С виду он стал похож на статую. Впрочем, это длилось не долго. Сначала исчез плащ, потом, словно плавящийся воск - потекло лицо, уменьшилась фигура. Кожа начала менять цвет.
Перед Асмо стояла точная ее копия.



- Как ты смеешь?! - закричала она, повторяя все вплоть до интонаций. - Я Седьмой Столп Чистилища, а не одна из твоей свиты! Ты должен доказать, что достоин моего сердца! А если вздумаешь меня обмануть, запугать или принуждать к чему-то - я вырежу твое собственное! Я - Похоть! Дерзнувший познать меня отдает в обмен свою жизнь и душу, и иной платы нет и быть не может. Тебе не переплыть и половины того океана крови, что пролита за один мой благосклонный взгляд! А ты удостоился чести коснуться меня, и уже решил, что тебе позволено все? Знай свое место! 


*Люси - персонаж вселенной "Когда плачут чайки", полное имя - Люсифер, Демон Гордыни - старшая из Сестер Чистилища. Ее секрет в том, что, будучи старшей, она далеко не самая сильная, но тщательно это скрывает.
*Левиа - персонаж вселенной "Когда плачут чайки", полное имя - Левиафан, Демон Зависти - третья из Сестер Чистилища. Завидует всем подряд, в особенности старшим сестрам, из чего, собственно, и черпает силу. Цвет ее волос зеленый.
Записан
Вэль
Магнар Клыков Мороза
Друг Ночного Дозора
*

Репутация: +570/-1
Lands of Always Winter Lands of Always Winter

Сообщений: 4263


Принцесса Одичалых


« Ответ #20 : 29 Января 2015, 18:29:31 »

...И я людьми недолго правил.
Греху недолго их учил,
Все благородное бесславил,
И все прекрасное хулил;
Недолго... пламень чистой веры
Легко навек я залил в них...
А стоили ль трудов моих
Одни глупцы да лицемеры?
Лермонтов М.Ю. «Демон»

Верделит. Демон угасающей искры. Флешбэк.

Теперь ее мир сузился до размеров владений Люцифера, наполненных гарью и криками мучающихся грешников. А, может, наоборот, расширился? Верделит спускалась все ниже по осыпающимся каменистым тропкам меж обожженных скал. Ниже и ниже. Туда, где, скованный булатом и льдом, нашел свой последний приют Иуда.
Нет, она не забыла его: своего спутника, ведшего ее за собой в те далекие дни, прожитые в мире людей. Отступника и предателя – Иуду.
В кромешной темноте, окруженный немыми скалами, вмерзший в глыбу льда по самый подбородок он молча сносил наказание. Верделит взмахнула крыльями и поднялась в воздух, разгоняя пепел, чтобы взглянуть на его лицо. Глаза демонессы сверкнули янтарем, как у дикой кошки. Он выглядел теперь совсем не таким, каким она его помнила. Багровая воспаленная кожа, черная линия губ, изломанная в жуткой усмешке, затуманенный взгляд кроваво-красных глаз.
Но я почти не изменилась, - Верделит посмотрела на свои тонкие дрожащие пальцы, не способные растопить даже снежинку и снова перевела взгляд на пленника Люцифера. Или, может быть, Его трофей?.. Это и есть тот самый покой, которого она так ждала? Нет, ей не нужны тьма, одиночество и холод, которые призваны терзать этого грешника вечность.
- Вечность, - она произнесла это слово вслух, пробуя на языке. Каменные стражи отозвались эхом на этот звук. И на один краткий миг туман безразличия и отрешенности спал с очей отступника. В них промелькнуло что-то, похожее на сомнение или даже страх. Но вот взгляд его снова померк, и эхо ее голоса затихло где-то высоко над головой...
Взмах, еще взмах и Верделит покинула этот холодный уголок скорби.
Записан
Сэм
Кастелян Собольего Зала
Ночной Дозор
*

Репутация: +1229/-8
Nights Watch Nights Watch

Сообщений: 15412



« Ответ #21 : 29 Января 2015, 20:34:32 »

Извр
(Нажмите, чтобы показать/скрыть)
(Нажмите, чтобы показать/скрыть)

В квартире приглушенно мерцал телевизор, за окнами было светло, но сами окна были плотно занавешены темными пыльными шторами. У хозяина не было вкуса, что поделаешь. В телевизоре показывали восхождение на пик коммунизма. Хозяин, старший завсклада птицефабрики "Яйца Ильича" карабкался по лестнице на третий этаж. Ему было сложнее чем доблестному альпинисту. Во первых, по причине излишнего веса. Во вторых, существовал же Извр. Внезапно красное лицо господина Теплова перекосилось и он почувствовал некий позыв. Полет до квартиры пули имени Теплова весом в 120 килограмм занял всего две и две десятыъ секунды. А залетел в отхожее место он вообще быстрее скорости звука.

- Таким образом, повелитель, он может и вознесся, но вообще-то пал под тяжестью греха Чревоугодия. Ибо развалилось под ним отхожее место, менять сантехнику надо после того как работают профи - Извр покивал головой, явно намекая на себя.- Меа кульпа, я правда, газету таки оставил. Пусть читает.
Записан
Тереза
Послушница
Белая Башня
*

Репутация: +417/-0
Andor Andor

Сообщений: 3147


chitatel Борец с порчей на саидин


« Ответ #22 : 29 Января 2015, 22:28:06 »

Казимира Холодные Руки
Женщина известная под именем Графиня Холодные Руки или Казимира - для друзей Кэз- следила за танцующей парой. Латиноамериканские танцы были её новым увлечением, и прекрасно сочетались с её старым пристрастием - студентами.
Казимире нравились студенты - самоуверенные, убеждённые, что мир лежит у их ног! Но после знакомства с ней они не долго оставались такими... Улыбнувшись Каз постаралась отогнать приятные воспоминания - для них ещё будет время.
Работая на земле можно было принять любое обличье, но она предпочитала своё собственное, или то, что когда-то, несколько сот лет назад было её. Конечно, несколько подредактированный вариант - зубы взрослого человека во времена средневековья, тем более неоднократно рожавшей женщины были в отвратительном состоянии и то что осталось от тела после того того, как её несколько недель допрашивала инквизиция, не говоря уж о том, что осталось после того, как её поставили на кучу дров и привязали к столбу выглядело ужасно. В студенческую пивнушку в таком виде не пойдёшь, да и вообще никуда не пойдёшь, если в тебе хоть тень женского тщеславия осталась. Поэтому Казимира выглядела так, как выглядела бы эта, несколько сот лет назад умершая, женщина, если бы родилась и выросла в конце 20-го века.
Память о прежней жизни и казни была всегда с ней: ненависть толпы и чёрный дым - даже сейчас она не была уверенна, от чего больше перехватывало дыхание.
Не было не единого человека на площади, кто не испытывал бы к ней ненависти - включая её собственных детей. Хотя не стоило на них обижаться - в конце концов она же пыталась их убить.
Она была Золушкой, вышедшей замуж за Принца - не жизнь, а сказка - так это виделось со стороны, во всяком случае. И она же уничтожила эту сказку, убив своего Принца. Её схватили, когда она пыталась согреть руки в его крови. Пламя костра сожгло её руки, но не смогло согреть. Может кровь детей смогла бы? Однако детям удалось убежать. Может и к лучшему.
Но теперь всё в прошлом! Казимира огляделась выбирая партнёра. Вот этот, пожалуй, подойдёт - хорош собой, отлично сложен. Она посмотрела на избранного, слегка приподняв бровь и парень, забыв о своей подружке, уже приглашал её на танец. Будоражащий кровь ритм, светлые волосы женщины сверкают золотом в свете прожекторов и только руки остаются ледяными.
К сожалению, развлечься так как хотелось,не получилось, Каз поняла, что её ждут в другом месте. Не спрашивайте о механизме этого понимания - ей его тоже никто не объяснял.
Так что бросив разочарованного кавалера - повезло тебе сегодня, малыш - Казимира вышла на улицу и для посторонних глаз просто растворилась в темноте. На самом же деле, перешагнув невидимый порог она оказалась на высокой горе. Привычное зловоние, неподвижный воздух - женщина спускалась к расположенному под горой городу.

-Значит, чревоугодие... Даже не знаю, что рассказать - не самый любимый мой грех..
- да, да,- раздалось хихиканье,- уж мы знаем Кэз, что ты больше любишь, но таково задание
- Ну ладно, слушайте
Родился в одной богатой семье мальчик. Вполне обыкновенный мальчик - без особых талантов, но со многими способностями, которые можно было бы развить, если усердно работать, но мальчик, а позже мужчина не считал нужным прилагать какие-то усилия - у него и так всё было. Так что он полностью отдавался своей страсти - чревоугодию. Проблема была в том, что человек никогда не голодал и поэтому никогда не получал настоящего удовольствия от еды. Он всё мечтал съесть что-нибудь такое особенное, необыкновенное, но какие бы экзотические блюда он не пробовал всё было не то. В своих поисках "чего-то такого, не знаю какого" он даже однажды принял участие в необычном обеде. На обед подали живую обезьянку. Ей прямо в присутствие гостей вскрыли череп и участники трапезы серебряными ложечками черпали тёплый мозг. Но и это было не то. По правде говоря, именно этот обед человек старался забыть. В общем так он дожил до 40 лет и умер подавившись куриной косточкой.
-хи-хи, а мораль Кэз, мораль? В притче же должна быть мораль..
- Какая мораль? Какое отношение я имею к морали? Это не притча, нашли тоже сказительницу. Это то, что было на самом деле, этот человек живёт сейчас в нашем городе и вы можете его увидеть.
Он сначала удивился, что попал к нам - ведь он же такой славный парень, ни разу ни одному человеку плохо не сделал, пусть даже только из-за лени, зато скольким помог своим участием в бесчисленных благотворительных обедах. Но потом ему объяснили, что на Небесах никто не предаётся чревоугодию, а здесь сколько угодно и человек успокоился, правда несколько преждевременно.
Демон, которому Светоносный поручил выбрать наказание, оказался с чувством юмора, а может просто любит обезьян...
- и что?!!!
- Ну и человек теперь гоняется за крысами, ничего не может с собой поделать - он постоянно голоден, а есть может только крыс, причём должен жрать их живьём, со шкурой и костями, а крысы, понятное дело не хотят быть сожранными, кусаются и вырываются, а человек плачет и жрёт.
- о, как интересно! бежим, бежим! найдём его, посмотрим, что будет, если всех крыс распугать, а нагнать тараканов и могильных червей!
« Последнее редактирование: 03 Февраля 2015, 22:17:20 от Тереза » Записан
Эльф Лориеновский
Гайдин
Белая Башня
*

Репутация: +320/-1
Сообщений: 719



« Ответ #23 : 30 Января 2015, 00:26:58 »

Дени, Нью-Йорк


Суета Большого города трамвайными звонками и шумом разнорабочих проникла в полутемную комнату с пожелтевшими обоями, с убранством, состоявшим из старого зеркала, бара, огромной кровати и хаотично раскиданной среди бутылок одежды. Дени блаженно потянулся, разглядывая растрескавшийся потолок, и рука его коснулась округлого, мягкого предмета.  

Мне имя дай - Ведь мне всего два дня! - Как же назвать, гадаю я?

Из-под простыни показалась тонкая девичья кисть – пробежала по его заросшей темной груди, затем опустилась ниже… резко сжалась, и фигура с взлохмаченными рыжими локонами уже грозно смотрела на него сверху.
Она прелестна… Раскосые глаза, волосы того редкого цвета, что больше напоминают пламя. Особенно когда, подобно языкам пожара, опадают  и вздымаются. Дурная страсть когда-нибудь меня сгубит…
-Медвежонок, мы уже неделю  вместе, а ты не помнишь моего имени?! Ее пухлые губы надулись, глаза смотрели пристально.
Фурия, бесовка…  Одно неверное слово, и она взорвется, как атомная бомба.  


- Лил, это всего лишь Блейк… - Твой приятель, да? - Из пучины или с неба вырван огнь твоих очей!? Он обхватил ее тонкую талию, притянул ближе, поцеловал в бедро.  Кто к огню простер крыла? Движение продолжилось, его рука простерлась дальше, опускаясь ниже лопаток.
- Медвежонок, ты такой... умный, начитанный. Но не шути со мной… Я уже все рассказала Майклу… Ее спина выгнулась, тело напряглось, прильнув.
- Да, дорогая… рука продолжила движение, осознание действительности пришло мгновением позже. - Что?! Какой, к черту, Майкл??  

Впрочем, ответить она не успела. За два громких удара, разорвавших тишину, Дени скатился с кровати, подхватив брошенные брюки и дорогие лакированные  туфли. Третий выбил с петель хлипкую дверь так, что она упала в центре комнаты. Лил взвизгнула, натянув простынь.
 - Стерва!  
На съежившегося, прижавшего к себе одежду Дени смотрел тяжело дышавший  рослый темнокожий мужчина. В комнату вошли еще трое приятелей утреннего гостя.
 – Не здесь, Майкл. Толстого в багажник, закопаем за городом. С Лил разберемся после.

- Не в первый раз… Ему даже удалось выбежать в коридор, оставив за спиной одежду,  истошно кричащую женщину и бегущих следом  преследователей… Почувствовав себя спасенным, он не заметил самый обычный открытый канализационный люк – боль перешла в долгое падение сквозь туман, дым и огненные кольца.


Данон, адская приемная


«Я ходил меж кострами Геенны Огненной, наслаждаясь ощущением царящей там атмосферы духовной свободы, принимаемой Ангелами за мучительные страдания и безумие» (У.Блейк)

Когда видишь орла, видишь образец Совершенства — так почаще же смотри в небо (тост)


Он оказался в странном помещении – стен не было, вместо них глубокая тень. В пятне света с неясным источником стоял грубый каменный стол, рядом виднелся люк, вроде того, что должен был предотвратить его преждевременную кончину, но с гравировкой «Отдел К.АД.РОВ».

Секретарша-демон завистливо на него посмотрела. - Добро пожаловать на работу! Вы точно по графику, как прошел отпуск на Земле? Демон Данон взглянул на нее с тоской – память о прошлых реинкарнациях возвращалась постепенно, и это была далеко не первая его командировка. Только заканчивались они все одинаково – через боль и смерть.

Если думаете, что вы везунчик, коль судьба бросает не в кипящий котел, а рядом, попутно вручая вилы, крылья, клыки и другие пошлые атрибуты, то сильно ошибетесь. Ад у каждого свой, внутри – и для грешников, и для демонов. Но если подумать, то он самое демократичное образование – с небольшой разницей страдать приходится всем. Хотя бы этой секретарше.
- Да пошла ты!!!
- Хорошо. Подождите минутку в приемной. Скоро Вы получите новое назначение! - сверкнув глазами, демоница отвернулась, принявшись приводить в порядок и без того остро отточенные когти. Ответить грубо ей не позволял регламент, а гости маршрута Земля-Ад  редко отличались вежливостью. Для нее это тоже был ад. Свой, персональный.

Спустя совсем не метафоричную вечность ожидания Данон получил новую должность, вилы последней модификации и несколько сотен пергаментов  с регламентами, инструкциями и  постановлениями, принятых за время его отсутствия. Хуже всего было новое назначение – начальник чертовой артели котловых бесов!! Почти сотня жадных, не способных сдерживать себя идиотов! И он должен за них отвечать?!  Наказания за допущенные нарушения шли отдельным свитком, осмотрев  который он, поцокав языком, и  окончательно потерял желание испытывать их эффективность на собственной шкуре.

Последнее адское предписание гласило о подрывной активности вероятного противника и необходимости вести агитационную деятельность, приглядывая за подчиненными.
- Курвы!!!!
Рядом материализовалась клыкастая морда в темных очках. – Это вы про кого?
- Данон сунул морде приказ – Эти…. Пернатые, чтоб их!!! Готовлюсь проводить воспитательную работу в доверенном мне коллективе! Морда хмыкнула, кивнула и растворилась в воздухе. Ад, куда не кинься…

Продолжение следует
« Последнее редактирование: 30 Января 2015, 01:21:53 от Эльф Лориеновский » Записан
Шерлок
Администратор
Лорд Капитан
*****

Репутация: +849/-9
Jedi Jedi

Сообщений: 7181



« Ответ #24 : 30 Января 2015, 01:19:33 »

Ангел Смерти



Взрывы. Стоны. Кровь. Все это смешалось в какую-то проклятую смесь. Люди убивали людей ради удовольствия, из-за богатства, ради любви, из-за ненависти. Причин было не сосчитать, они всегда менялись. Неизменным был только он - Ангел Смерти.
Каждый раз, снова и снова он приходил и забирал чью-то душу. Казалось, что этим он занимался вечно, но это было не так. Когда-то давно он был Гласом Разума и к его словам прислушивались. Те времена прошли очень давно и сейчас у него иной путь.
Ангел Смерти наклонился над очередным телом и легонько прикоснулся к голове мужчины. Белый силуэт умершего начал подыматься из тела вместе с рукой Ангела, а потом душа полностью была поглощена Им.
Когда-то давно Ангел Смерти вел счет этим душам, но когда их стало больше миллиарда - он остановилася.
Очередной боец пал и Ангел направился к нему. Битва на которой он присутствовал для кого-то уже давно прошла, для кого-то еще и не наступила, а для кого-то только что закончилась. Таков был удел Ангела Смерти, время ничто для него он мог быть везде в любой момент и сейчас он хотел собрать как можно больше душ.
То план, что он собирался воплотить в жизнь потребует от него максимальной отдачи. Ему придется потратить много энергии, чтобы провернуть все одному.
Ангел Смерти хотел переманить на свою стороны своих братьев и сестер, но они отказались. Ауриэль и Тираэль выступали самими ярыми противниками этого замысла. Они не видели той перспективы, которую видел он. Лишь Итераэль был на стороне Ангела Смерти, но видения будущего, которые его посетили - были не однозначны, поэтому Ангел Судьбы колебался. Так в одиночестве - Глас Разума и покинул небеса и стал Ангелом Смерти - Собирателем Душ.
Шли годы, века, тысячелетия, а он все набирался сил. И вот он наконец-то решил, что достаточно подготовлен. Время пришло.
Ангел Смерти расправил свои крылья сотканные из дыма и не яркого света. В каждой его руке появилось по большому закругленному мечу. Он приготовился отправиться в Преисподнюю
-Ну что, Люцифер, - начал говорить Ангел Смерти сам себе, -Засиделся ты на своем месте. Пора мне, занять твое место. Малтаэль идет за тобой...

Записан
Лиса Маренеллин
Престол Амерлин
Белая Башня
*

Репутация: +615/-1
Tar Valon Tar Valon

Сообщений: 6626


Лиса . Малкир. Вышла из Белой Айя.


« Ответ #25 : 30 Января 2015, 10:19:54 »

Иллит, демон злословия.



   Выслушав рассказы вновь прибывших, Иллит улыбнулась. Она вспомнила какие во время её жизни на земле в Афинах устраивались пиры. Где избранные, развалившись среди мягких подушек у бассейна или фонтана, вкушали изысканные блюда под аккомпанемент сладострастных песен и будоражащих похоть танцев. Будучи гетерой она часто устраивала своим друзьям подобные застолья. И соперничала в их изысканности и распутности с самой Таис Афинской.
  Истории, рассказанные демонами, были интересными, но это были истории отдельных грешников. А вот ситуация в целом несколько удручала.
  - Как это не прискорбно, - демонесса решила, что  и ей пора высказаться,  Но я вынуждена согласиться с Абаддоном, Сир. Чревоугодие уходит из мира людей. НО уходит не потому что они перестали ему предаваться и начали следить за фигурой. О, нет! Люди по прежнему едят без меры, но увы, это всё сложнее назвать Чревоугодием. Это скорее банальное Обжорство. Единицы предаются этому греху с удовольствием, ищут в еде наслаждения, жаждут познать что-то новое. Чаще всего они набегу заталкивают в себя калорийный фастфуд днём и торопливо съедают огромные тарелки наспех приготовленной снеди вечером.
  Пока она говорила, два демона затеяли ссору. С интересом поглядывая на происходящее, Иллит подошла поближе к угощению, присланному Па’У Зото Заан, взяла бокал с изумрудной лавой и приготовилась дальше следить за происходящим. Ведь золотое правило Преисподней гласило "Двое дерутся - третий не лезет, а ищет свою выгоду".
 
« Последнее редактирование: 30 Января 2015, 10:41:01 от Лиса Маренеллин » Записан
Тэль
ЮГ, Приспешник Тьмы
Модератор
*****

Репутация: +1018/-1
Lands of Always Winter Lands of Always Winter

Сообщений: 3805


Make PLOVE, not war


« Ответ #26 : 30 Января 2015, 11:39:23 »

Асмодеус и За'а'фиэль, продолжение:

   То, что сделал За'а'фиэль, заставило Асмодеус на мгновение умолкнуть. А затем глаза ее остекленели, и сияние заклинательных кругов собралось в центре каждого из них, чтобы превратиться в смертельные стрелы... а потом все разом исчезло. Все это случилось меньше, чем за один удар сердца - и со стороны могло показаться, что круги истаяли, как гаснет огонек догоревшей свечи, сжимаясь до яркой точки. Асмо опустилась на землю, или, скорее, упала - каблуки ее сапог впечатались в жесткую черную почву, подняв облачка пепла. Она медленно подошла к своей копии, не отрывая взгляда от застывшего, словно маска, лица. Прикоснувшись к щеке своей копии, она сказала:
- Я убивала с таким лицом.

   Внезапно она улыбнулась - широко и радостно, и глаза ее тоже словно засветились какой-то радостью, как у маленького ребенка, которому подарили именно тот подарок, какой он хотел.
-Я убивала и с таким лицом.

   Затем ее щеки порозовели, а в глазах возник совсем другой свет - свет всепожирающего пламени страсти.
- Я убивала и с таким лицом.

   Затем за несколько секунд лицо ее еще несколько раз сменило выражения - плаксивое, безразличное, восторженное, умиляющееся, злорадное - пока наконец не стало вновь каким-то печально-задумчивым, с каким она подошла к своей копии.
-Кто из них я? Я - оболочка для оружия, что убивает по приказу того, кто призвал меня. Но почему мне нравится быть кем-то из них?
Асмодеус сделала шаг назад и вдруг исчезла. Вместо нее в воздухе висел странной формы металлический стилет, острие которого было направлено на двойника. Теперь голос раздавался прямо из клинка.

- Вот - я. Такова моя суть. Я выкована, чтобы быть смертью, и всегда буду ей. Но почему оболочка нравится мне больше моей сути?
Последние слова сказала уже прежняя Асмодеус. Вновь приняв человеческий облик, она посмотрела прямо в глаза своей копии.
- Мне расхотелось убивать. А тебе следует получше выбирать подарок, если хочешь добиться взаимности. А то его могут разбить об твою голову.
Сказав это, Асмодеус отвернулась от двойника и зашагала по склону туда, где бесы расставляли столы и бочки. Почему-то в горле стоял какой-ком, наверное, пересохло после рассказа.

   Похоже, уловка в стиле - хочешь кого-то понять - поставь себя на его место не сработала. За'а'фиэль в облике Асмо с виду оставался все так же спокоен, хотя внутри его бушевало море эмоций, чего с ним давно уже не случалось.
Наблюдая за сменами ликов Асмодеус, Второй из семи князей ревности и вражды тоже начал постепенно меняться. Безусловно, он понимал, что демонесса была готова ринуться в бой. Но, в его планы сегодня это не входило. Он умел ловить настроение Люцифера, и, судя по всему, в данный момент тот был не склонен "делать ставки". Оставить все как есть и спустить почти нанесенное оскорбление?
Облик За'а'фиэля снова потек.



Кто-то на балконе повис,
Кто-то быстро вверх, потом вниз.
Я пока рисую мосты,
А ты? А ты? Кто ты?

  Это был тоже своего рода подарок. Поняла ли это Асмо? За'а'фиэль задумчиво глядел в спину удаляющейся демонессе. В следующий раз он будет стараться лучше. Второй из семи князей ревности и вражды оглядел аудиторию. Хорошо, что они не привлекли к себе излишнего внимания. Люцифер страшен в гневе.
Записан
Луан
Верховный Капитан Гвардии
Белая Башня
*

Репутация: +1201/-0
Andor Andor

Сообщений: 8768


Луан Мантир, Страж Авиенды, неугомонное привидение


WWW
« Ответ #27 : 30 Января 2015, 11:44:05 »

Па’У Зото Заан

Бога нет!
Оставьте сообщение после звукового сигнала...

КВН

— По-моему, пчелы что-то подозревают!
— Что именно?
— Не знаю я. Но только, по-моему, они ведут себя подозрительно!
А. Милн

И что они знают о Чревоугодии?
Слушая рассказы, Заан скучала. Да, конечно, она не сомневалась, что все «докладчики» знают, о чем говорят. Но все это ее мало интересовало. Как и само Чревоугодие. Какой смысл во всем этом?
Она вспомнила, как однажды оказалась в компании одного монаха. Да, именно монаха. Как ни странно, но его не особенно волновал ее вид - он уже пребывал в том состоянии просветления, когда розовые слоны или пушистые тараканы являются вполне обыденным явлением. Так что синяя демонесса вполне укладывалось в это представление. Но с ним было очень интересно. Для начала Горанфло (так звали этого монаха) заказал себе много чего. На осторожный вопрос "А у вас не пост?" он сказал, что это неважно, у него хороший контакт со всевышним. И тот даровал ему расширенные права.
В итоге вся еда была крещена. Все мясо стало рыбой. Карп с куриными ножками, осетрина из ветчины и прочая белорыбица оказались вкусными. Все это запивалось винной водой. Наверное подобной трапезы Заан никогда больше не видала. Один тот факт, что она ест что-то крещенное в компании с просветленным монахом, сильно возбуждал. Еще ей было интересно, а что думают о ней слуги? Они ее видели, но видно тот факт, что монах никак не реагирует на ее внешний вид, действовал на них успокаивающее. В любом случае, клиент есть клиент.
Ей было интересно, сколько всего влезет в Горанфло. Оказалось, что очень много. Конечно с Заан ему сравниться было трудно (для нее стоящее здесь было легкой закуской), но он то все съел! После чего заявил, что закуски не хватило и потребовал повторить.
Конца она так и не дождалась - пришел срочный вызов (как выяснилось позже, кто-то что-то напутал), так что она была вынуждена оставить это зрелище без хлеба. При этом она дала разнарядку, чтобы когда Горанфло попадет к ним, его отправили к ней (нужно же было продолжить). Представьте ее разочарование: его перехватили эти сволочные ангелы. Видно контакты со всевышним у монаха действительно были очень тесными.
Самое веселое заключалось в том, что однажды она с Горанфло, отрастившего к тому моменту крылья, она пересеклась на чистилищном кооперативе (Лю послал ее туда вместо себя, поскольку сам был сильно занят проведением слета юных демонят). И ей все же довелось наблюдать, сколько в него может влезть: сколько не будет, все равно придется бежать за добавкой.
И это не Чревоугодие. Это здоровый образ жизни.

(Нажмите, чтобы показать/скрыть)
Записан
Mamajoe
DM
Dungeons & Dragons
*

Репутация: +625/-6
Russian Federation Russian Federation

Сообщений: 4578



« Ответ #28 : 30 Января 2015, 20:51:47 »



Демон Праздности


«Чревоугодие. Ну, что ж, поведаю о нём тебе я.

Тело у него медведя, а одет он в рубаху рукодельную коричневую-белую шерстяную и возлежит он на подстилке из влажного мха, который слуги его – большие, бурой шерстью покрытые люди-нелюди перестилали недавно в минувшем столетии. Обычно лес окружает его, но не сейчас. Густой туман стелется в лесу том, а земля сыра и болотиста, и разглядеть нельзя, куда нога ступает, хоть выбора у ней и не бывает, ибо земля сыра и неизменна всюду, куда ступает нога любая там. Среди тумана высятся деревья, чьи ветви недвижимы, унылы и безлисты. Выше поднимаясь, зеленеет мгла, и полнится лес сумраком, и не вскрикнет ни птица, ни зверь, а слуги демона неслышны и незаметны, и довольно знать, что есть они и не искать встречи с слугами теми, потому что разрывают они на части любого, кто заберется в лес далёко. Чего ради? Повелось так издревле, и не на каждый вопрос должен сыскаться ответ. Бегущие прочь от горячих оловянных озер, от ядовитых каверн, от каменных чертогов ужаса, от кузней страха и пламени адского страдальцы иные ищут отдохновения в прохладе леса той. Некоторые и в самом деле находят его, но на время, ведь в обители праздности можно обождать столетие или два, прежде чем кто побеспокоится о чем, но чаще бедолаг тех разрывают слуги демона на части, о чем поведал я уже. Ежели посчастливилось кому неласковых объятий рук тех волосатых грубых избежать, то неизменно сгинет тот от опасности куда более зловещей, чем многие на свете и во тьме, - от тоски.

И демон Праздности откроет глаза. Перевернется демон на бок другой и с тенью недовольства застанет себя в думу погруженный. Кто вопрошает о еде его и для чего? Известно ли тому, что демон, медведь что ныне, не кормится пищей созданий прочих - смертных и бессмертных. Признает демон Праздности едой лишь чистое безделье, лишённое созидания примеси. И, коль скоро эссенция чистая праздности – субстанция редка необычайно, недоедает демон Праздности. Голодает. Но придет пора та, когда наестся демон досыта, и в день один и час безвестный случится нечто, что случается однажды лишь… Чревоугодие да будет тебе знаком, вопрошающий, когда демон Праздности не в состоянии будет противиться ему, быть беде - на небе, в аду и на земле. А до тех пор смертные исходят неутолимой жаждой пищи плотской, и грех тот подконтролен демонам твоим, владыка И, если рассказ мой утомил тебя, то всё это от норова моего дурного, недосыпа и голода извечного, что терзает моё чрево...», - в этом месте истории демон Праздности зевает, утомленный изрядно.

Окончив рассказ, большой демонический медведь умолк, издал протяжный вздох и свернулся мохнатым сугробом на мшистой подстилке, которую устроили на жестком каменном полу в дальнем углу незаметные и волосатые бурые слуги его.
Записан
Пингвинчег
Кар'а'карн
Айил
*

Репутация: +860/-0
Russian Federation Russian Federation

Сообщений: 5296


Тайн Шари из септа Туманная Вода Миагома Айил


« Ответ #29 : 31 Января 2015, 15:30:42 »

Асмодеус

Асмодеус дошла до расставленных для гостей и хозяев столов и присела на один из валявшихся тут и там камней. Подлетевший к ней бес подал демонессе изящный кубок, и Асмо сделала большой глоток. В следующее мгновение весь этот глоток  был выплюнут на зашипевшую землю, а Асмо в ужасе уставилась на жидкость в кубке. Нет, она конечно, пробовала как-то алкоголь, но, в общем-то, ведьма держала своих подчиненных в строгости (что не мешало ей самой иногда перебрать). Но уж такого крепкого напитка Асмо точно пробовать еще не доводилось. "Ну и ладно!" - решила вдруг про себя демонесса. Ей было грустно, и она собиралась послать ко всем чертям запреты хозяйки и внутренний голос, советовавший не преувеличивать размеры трагедии, и просто занести эту ситуацию в список неудач, сделать выводы и продолжить поиски. Поэтому Асмо снова поднесла кубок к губам, на этот раз лишь чуть-чуть пригубив обжигающий напиток.
Записан
Tags:
Страниц: 1 [2] 3 4 ... 6   Вверх
  Печать  
 
Перейти в:  

Powered by SMF | SMF © 2006-2009, Simple Machines
Страница сгенерирована за 0.107 секунд. Запросов: 24.
Яндекс.Метрика