Глава 12. Возвращение домой
Автор Administrator   
27.06.2006 г.

Анайя первая подошла к ним и расцеловав в щеки, произнесла: «Добро пожаловать домой, Сестра! Мы долго ждали тебя. Аэлдра рассказала мне, что ей удалось перехватить пирог, который предназначался мне», - добавила она, немного раздраженно подергав бахрому шали, что было слишком очевидно сделано напоказ. Все равно, ее выдала улыбка: «Она несправедливо воспользовалась своим благоприятным положением».

«Это был бы мой пирог, если бы я оказалась чуточку порасторопнее», - заявила Кайрен, точно так же поцеловав их в щеки. Прелестная женщина, не слишком высокая. Ее замечательная улыбка смягчала холод спокойных голубых глаз. «Но, по крайней мере, можем мы надеяться, что вы плохо готовите? Аэлдра любит сладенькое почти как вы обе, и было бы здорово увидеть, как ей воздастся по заслугам».

Морейн засмеялась и обняла Суан. Она плохой повар и не сможет помочь Суан. Она действительно вернулась домой. Они вернулись домой.

В апартаментах Голубых не было и следа от яркости Зеленых или Желтых, но все же они не были столь аскетичны, как помещения Коричневых и Белых. Теплые гобелены ярких расцветок, изображавшие то цветущие сады, то лужайки с полевыми цветами, то горный водопад, то парящих птиц, украшали стены главного коридора. Светильники, висевшие на выкрашенных в бежевые цвета стенах, ярко горели, но были довольно простыми, и отлично вписывались в интерьер. Только плитки пола всех оттенков синего - от небесно голубого, до темно фиолетового - изображавшие морской прибой, намекали на принадлежность этого помещения конкретной Айя. Медленно двигаясь по этим волнам, они с Суан получили еще тридцать девять поцелуев, пока, наконец, не добрались до Эдит и двух других Восседающих.

«Ваши квартиры готовы», - приветствовала их круглолицая Сестра, - «так же, как и подобающая одежда и завтрак, но переодевайтесь и ешьте быстрее. Есть кое-что о чем я должна вас предупредить. Кое-что, о чем вам необходимо узнать до того, как вы выйдете за пределы нашей территории в Башне. И, если быть полностью честными, даже прежде, чем вы отправитесь ее осматривать, хотя к новым Сестрам обычно все относятся более терпимо. Кабриана, ты не проводишь девушек?»

Светлоглазая Сестра с золотистыми волосами, спускавшимися почти до пояса, сверкнула голубыми юбками в легком реверансе. Не все Сестры принимали участие в занятиях, поэтому Морейн она была неизвестна. В ее взгляде читалась непримиримое упрямство, более подходящее Зеленым, но она произнесла довольно смиренным тоном: «Как прикажешь, Эдит». И потом уже Морейн с Суан: «Пройдите, пожалуйста, за мной». Это было так странно. Подобный дикий взгляд и одновременно... послушание, вот наиболее точное определение случившемуся.

«Она - Первая Избирающая?» - осторожно спросила Морейн когда они отошли от Эдит на достаточное расстояние, когда она уже не смогла бы расслышать заданного вопроса. И, как она наделась, все остальные тоже. Сестры расходились в разные стороны парами или по одиночке, снимая на ходу шали.

«О, да», - ответила Анайя, присоединяясь к ним вместе с Кайрен. Кабриана открыла было уже рот чтобы дать ответ, но тут же его закрыла без следа протеста или обиды. «На самом деле, Первая Избирающая и Восседающая в одном лице дело необычное», - продолжала Анайя, - «но в отличие от некоторых, мы Голубые любим полностью использовать представившиеся возможности.»

Сложив шаль и повесив ее на локоть, Кайрен кивнула: «Эдит за последние сто лет, возможно, самая одаренная Голубая, но если бы она стала Белой или Коричневой, то у них бы она тратила время впустую, независимо от ее желания».

«Это правда» - подтвердила Кабриана, фыркнув. - «У Коричневых некоторые Восседающие просто позорище. Для Восседающих, по крайней мере. Но Коричневые вечно спят на ходу. Но вы можете быть уверены, вашим талантам найдется достойное применение, что бы это ни оказалось».

Морейн вовсе не понравилось то, как это прозвучало, и она обменялась настороженным взглядом с Суан. Скажем так, ни одна из них не обладала никакими особенно выдающимися способностями. Однако, о какой такой опасности собирается их предупредить Эдит? Она хотела было узнать у сопровождавших Сестер, но была уверена, что получит точный ответ лично от Эдит. Иначе бы она рассказала все в присутствии всех остальных. Свет! Похоже в их новом доме столько же подводных течений, сколько во Дворце Солнца! Необходимо соблюдать осторожность. Время слушать, наблюдать и помалкивать.

Их с Суан квартиры оказались соседними, дверь в дверь в одном из боковых коридоров. Они состояли из просторной спальни, огромной гостиной, будуара с гардеробом и кабинета с мраморным камином, в котором потрескивал огонь, разогнавший холод. Деревянные панели стен сияли лаком, но были самыми обычными, но на бело-голубом полу лежали дорогие ковры, некоторые с бахромой, из полудюжины стран света. Мебель тоже была разномастной. Здесь стол, инкрустированный перламутром по кайриенской моде прошлого века, там кресло с изогнутыми ножками вообще Свет знает где и когда купленное, лампы и зеркала всевозможных видов и стилей, но все имущество было дорогое и в полной целости. И каждый кусочек дерева и метала сиял как новый, до такой степени они были начищены. Все их вещи, оставленные в комнатах Принятых, уже были здесь, и расческа и зубная щетка на умывальнике, ее дорожное бюро из черного дерева теперь находилось в кабинете, а шкатулка на столике в спальне. Все признаки указывали на то, что теперь эти комнаты принадлежат ей.

«Мы решили, что вы захотите жить поблизости друг от друга», - сказала Анайя, когда Морейн, завершив осмотр, вернулась в гостиную. Кайрен и Кабриана стояли по бокам от нее на краю ковра и смотрели на нее также как на Суан или Морейн. Между собой они общались с непринужденностью давней дружбы, но Кайрен и Кабриана предпочитали уступать инициативу Анайе. Это было почти неуловимо, но заметно для глаз, которые тренировались смотреть на мир в Солнечном Дворце. Пока это ничего не означало – в любой группе кто-то, рано или поздно, берет лидерство на себя – но Морейн этот факт запомнила.

«Если хочешь, то можешь подобрать себе другую квартиру», - добавила Кайрен. – «У нас пустует очень много, но боюсь они все очень пыльные, почти как в подземелье Башни». Скоро ей предстояло уехать из Тар Валона, улаживать какие-то дела в Тире. Не может она оказаться одной из Сестер, которым Тамра поручила поиски? Способа выяснить это нет. Айз Седай постоянно уезжают из Башни и возвращаются.

«Если хочешь другую квартиру, то я могу сделать необходимые распоряжения, чтобы ее подготовили и убрали», - сказала Карбриана, подхватив юбки, словно собиралась умчаться немедленно. В ее голосе прозвучало настоящее беспокойство. Почему она ведет себя так странно? Очевидно, она была младшей из троих, но ведь она вела себя так же по отношению к ней и Суан.

«Э... нет, спасибо», - потрогав пальцем кружева на подушке кресла, она попыталась объяснить, что квартира просто замечательная - похоже, что Сестры их готовили втроем, хотя ковры и мебель являлись даром от Айя - но ее язык отказался соврать, поэтому она сказала так: «Квартира вполне подходящая». Даже у самой последней подушки в комнате были кружева и рюшечки, а также они были на постельном белье и наволочках. А некоторые кружева, похоже, имели собственные кружева! Квартира будет очень даже подходящей как только она избавится от всей этой чепухи. Суан только посмеялась, заметив кружева на кровати, словно ей будет приятно спать в этом пенном море. Морйен даже передернуло от подобной мысли.

Она предложила чая или вина, еще до того как поняла, что не имеет представления, откуда она его возьмет, но Анайя напомнила, что им необходимо побыстрее переодеваться и поесть, что кивками подтвердили две другие Сестры, и все вместе подобрав юбки удалились.

«Еда подождет», - заявила Суан, едва за Сестрами захлопнулась дверь. – «Сперва Эдит. У тебя есть идеи, о чем она собирается с нами беседовать? По мне, так все это похоже на Игру Домов».

«Сперва Эдит, завтрак подождет», - согласилась Морейн, хотя запах горячей овсянки с абрикосами, доходивший из-под закрывавшего поднос полотенца, находившегося на краю стола, вызвал обильное слюноотделение. «У меня нет ни одной идеи, Суан. Ни единой». – Но все это и вправду попахивало Даэс Дей’мар.

В будуаре нашлись четыре платья из прекрасной синей шерсти, простых, но великолепно скроенных. У двух оказались раздвоенные юбки для верховой езды. Она быстро переоделась в одной из платьев с обычной юбкой, оставив сложенное платье Принятой в корзине для белья. Маленькая записная книжечка из белого кармашка на поясе перекочевала на синий поясок, который она нашла тут же в гардеробе. Даже здесь, а возможно, особенно здесь, не было более безопасного места, чем на ней самой. Платье, что не удивительно, отлично подошло. Ходила поговорка, что о своих посвященных Башня знала больше, чем портниха и парикмахер вместе взятые. У нее, конечно, в данный момент не было ни той, ни другого. По крайней мере, не было швеи, а волосы она привыкла носить свободно, не укладывая. Но в самом скором времени ей потребуется куда больше платьев, чем настоящие четыре, не из шерсти, и еще до отъезда из Тар Валона. Шелк, конечно дорог, но зато носить его одно удовольствие.

Первая же встреченная ими Сестра, Наташиа, худенькая салдейка с темными раскосыми глазками и высокими скулами, которая была очень терпеливым преподавателем, скривив, словно от отвращения, пухлые губы, указала им путь к квартире Эдит. Морейн удивило, за что Наташиа недолюбливала Эдит, и еще больше, почему она открыто это проявляет, однако, сама Эдит фактически повторила реакцию Наташии, указав им на высокие стулья с подушечкой на сидении, стоявшие возле широкого камина, в котором плясало пламя. И потом долго стояла, грея руки возле огня, словно собираясь с мыслями и не решаясь заговорить. Она не предложила ни чая, ни вина, ничего другого, что можно было бы счесть знаком гостеприимства. Суан нетерпеливо заерзала на краю сидения, но Морейн заставила себя сидеть смирно. С трудом, но получилось. Тяжесть от ощущения Трех Клятв была особенно ощутима, когда сидишь. Молчать, слушать и наблюдать.

Гостиная Эдит была больше, чем у них. Карнизы были резными в виде накатывающихся волн. На стенах висели два гобелена, изображавшие цветочки и разноцветных птичек, однако светильники тоже были самыми простыми. Массивная мебель была из темного дерева, инкрустированного костью и бирюзой, кроме маленького и скромного столика целиком вырезанного из кости или рога. Несмотря на срок, прожитый Эдит в этой квартире, она мало привнесла личного в облик своего жилища. Высокая ваза из полупрозрачного фарфора Морского Народа, широкая чаша из чеканного серебра, и пара фигурок из хрусталя на каминной полке – мужчины и женщины, державшихся за руки. Все это ничегошеньки не говорило о своей седой хозяйке, кроме того, что у сестры хороший вкус и она сдержанна. Молчать, слушать и наблюдать.

Поерзав на подушке Суан чуть не вскочила на ноги, когда Эдит наконец повернулась к ним лицом. Сложив руки на груди, она выдохнула: «Шесть лет подряд вам вдалбливали, что едва ли не самой великим проступком на свете является обсуждать чьи-то способности в Единой Силе». Ее губы снова быстро скривились: «На самом деле, я тоже с трудом нахожу в себе силы об этом говорить, но это необходимо. Шесть лет вам вдалбливали не думать о собственных способностях и чьих-либо еще. А теперь, вам придется научиться сравнивать собственные способности и способности любой встреченной сестры. Со временем, это войдет в привычку, и вы будете делать это не задумываясь, но пока вы еще научились, вам придется соблюдать осторожность. Если другая сестра сильнее вас, независимо от цвета ее Айя, вы должны оказать ей уважение. И чем она сильнее, тем больше уважения. Небрежность в обращении с этим правилом - третий по серьезности проступок, но только на волосок меньше первых двух. Самое распространенное наказание для новоиспеченных Сестер именно за нарушение этого правила. И поскольку наказание назначает оскорбленная сторона, то оно редко бывает легким. Пара месяцев Работ или Лишений – это самое простое на что вы можете рассчитывать. Самое распространенное - Смирение Духа или Умерщвление плоти».

Морейн медленно кивнула. Конечно же. Это объясняет, почему Элайда так лебезила перед Мейлин, а Рафела перед Лиане. А еще Кабриана. Она вообще очень слабая. Эта мысль ее ошарашила. Если Башня хотела что-то вбить в голову, она это вбивала. Свет, сперва Башня что-то с корнем вырывает, а затем начинает использовать то, что вырвала, чтобы закрепить прецедент. Ужасная путаница. Ну хотя бы она с Суан примерно равны в Силе, и когда достигнут полного потенциала тоже будут примерно равны. До сих пор они двигались нога в ногу. Было бы ужасно неестественно, если бы Суан стала оказывать ей почтение.

«Мы что, должны во всем подчиняться?» - спросила Суан, не выдержав и вскочив со стула, на что Эдит мрачно кивнула.

«По моему, я предельно ясно это сказала, Суан. Чем сильнее Сестра, тем больше уважения. Мне на самом деле не нравится об этом говорить, поэтому, пожалуйста, не заставляйте меня повторять. Естественно, это работает и в обратную сторону, но помните, это не работает, если Башня или Айя назначит кого-нибудь над вами главной. Это касается посольств, если, скажем, вас выбрали одним из представителей, то вы станете подчиняться главе посольства Башни как мне, даже если она едва смогла пройти испытание на Принятую. Теперь – ясно? Я хочу чтобы это хорошенько отложилось в ваших головках. Хорошо. Потому что после всего сказанного мне хочется срочно прополоскать рот». С этими словами она выгнала их из комнаты, словно действительно собиралась срочно броситься за солью с содой.

«Я была напугана до печенки», - заявила Суан, едва они выбрались в коридор, - «но все оказалось не так уж плохо. Я думала нам придется начинать с самых низов, но мы уже сейчас не так уж далеки от вершины. Еще пять лет, и мы окажемся совсем близко». Несмотря на все запреты на разговоры, каждый из них знал, когда приблизительно они достигнут своего предела в силе. Этот срок мог варьироваться от женщины к женщине, но это всегда было плавное нарастание по прямой.

«Я тоже боялась», - кивнув, подтвердила Морейн, - «но все не так просто как кажется. В какой именно момент уважение перерастает в повиновение? Даже если она прямо этого не сказала, это именно то, что она имела в виду. Мы должны внимательно изучить всех Сестер, чтобы быть уверенными, что не допустим ошибки. Через месяц я хочу оказаться за много лиг от Тар Валона, а не на ферме за рекой».

Суан согласно кивнула. «Да, мы должны быть осторожны. А чем мы занимались эти шесть лет? Но, все равно, я считаю, что могло быть хуже. Что скажешь, если я прихвачу свой поднос к тебе в комнату и мы позавтракаем вместе?»

Но прежде чем они добрались до своих квартир, их перехватила другая Айз Седай. Высокая женщина с квадратным лицом и в небесно голубом шелковом платье. Ее украшенные множеством бусинок косички стального цвета свисали почти до талии. Морейн была уверена, что на церемонии присутствовали все Голубые Сестры, но не смогла припомнить, что видела эту раньше. Она постаралась определить способности женщины, ее силу и увидела, что в конечном счете она почти равна ее и Суан. Без всякого сомнения в данном случае нужна простая приветливость. Однако, следует ли делать реверанс? Она решила спокойно выждать, опустив руки на талию.

«Меня зовут Сеталия Деларме», - сходу заявила Сестра с сильным тарабонским акцентом, обшаривая их глазами. – «Судя по описанию, которое мне дали, ты - симпатичная фарфоровая куколка - Морейн».

Морейн фыркнула. Симпатичная… фарфоровая… куколка? Все, что она смогла сделать, это сохранить невозмутимое выражение на лице, удержавшись, чтобы не ухватиться руками за концы шали. Помогла мысль о ферме за рекой.

Но внимание Сеталии уже переместилось на Суан. – «Стало быть, ты – Суан, не так ли? Мне сказали, ты большая охотница до разных головоломок. Что ты можешь сказать об этом?», - сказала она, протягивая тонкую стопку листов.

Рассматривая их Суан нахмурилась, Морейн, заглядывавшая через плечо подруги, тоже. Суан так быстро перелистала страницы, что она не успела ничего толком разглядеть. Заметила только, что это похоже на названия карт, но разложенных в каком-то странном порядке, которого она не смогла определить. Властелин кубков следовал за Хозяином ветров, Властелин пламени за Дамой скипетров, а затем шли Пять монет и Четыре кубка. И это загадка? Это просто чепуха!

«Не уверена», - наконец сказала Суан, протягивая бумаги назад. Похоже она была права. Если это было загадкой, то Суан увидела бы решение.

«Да?» - В слове сквозило разочарование, но через секунду Сеталия кивнула, и ее косички качнулись в такт, мягко щелкнув бусинками. - «Ты не сказала, что не знаешь, значит, у тебя есть какой-то ответ. В котором ты не уверена, так?»

«Есть такая игра, о которой я как-то читала», - медленно проговорила Суан, - «В эту карточную игру, которую называют Наряды, играют богатые дамы. Вы разложили карты одного из раскладов в убывающем порядке, однако только определенный костюм может сыграть с другим. Дмуаю, что кто-то записал карты во время партии. Причем, выигрышной партии».

Сеталия выгнула бровь. «Ты в самом деле только читала про такую игру?»

«У дочки рыбака не бывает времени на карты». – сухо ответила Суан, и взгляд Сеталии приобрел угрожающий вид. На какое-то мгновение Морейн подумала, что наказания не миновать.

Но все, что произнесла тарабонка, это: «Готова поспорить, что Морейн играла в Наряды, но она бы назвала подобный расклад бессмысленным или что-нибудь вроде того. И большинство подтвердили бы. Однако, ты, просто читая об игре, дала правильный ответ. Пойдем-ка со мной. У меня есть еще несколько загадок, которые мне бы хотелось на тебе попробовать».

«Но я же еще не завтракала», - запротестовала Суан.

«Поешь позже. Пошли».- Очевидно, что с Сеталией просто приветливостью не обойтись.

Глядя как Суан неохотно бредет вслед за ней по коридору, Морейн впилась взглядом в спину другой женщины. Безусловно, подобное поведение очень похоже на обыкновенную грубость. Конечно, и в данном случае должны быть очевидные градации. Ладно, в Солнечном Дворце все тоже имело свои нюансы. Просто в самое ближайшее время им придется разобраться во всей механике. Потому что через неделю она собиралась убраться от сюда как можно дальше, и не возвращаться пока не достигнет полной силы. Ну, конечно, еще только дать Тамре знать, где находится малыш. А еще лучше было бы стать одной из тех, кому она поручила его поиски.

Ее собственная овсянка была еще теплой и вполне съедобной, и она, осторожно присев на стул с подушкой, уже было приступила к завтраку, но прежде чем она съела вторую ложку, как в комнату вошла Анайя. Анайя по Силе примерно равнялась Сеталии, поэтому она отложила свою серебряную ложку и встала.

«Хотела бы я сказать, сиди и ешь», - по матерински нежно сказала женщина, - «но Тамра отправила Послушницу тебя найти. Я передала девочке, что сама передам тебе сообщение, потому что собиралась тебя Исцелить. Иногда это помогает справиться с тяжестью принятия Клятв».

Морейн покраснела. Конечно, это же известно всем на свете. О, Свет! «Спасибо», - произнесла она, благодаря одновременно и за предложенное Исцеление, хотя неудобство не исчезло ни на волосок, но стало намного комфортнее, и за намек. Если ей не надо вскакивать в присутствии Анайи, стало быть и подчиняться ей не обязательно. Конечно, если только Анайя не решила проявить обычную вежливость. Она сдержала вздох. Прежде чем делать какие-либо выводы, нужно больше наблюдать.

Оставив помещения Голубых, и потуже запахнув на плечах шаль - не то, чтобы она собиралась везде ее таскать, просто она с одной стороны, помогала справиться с холодом - она задалась вопросом, зачем она могла понадобиться Тамре. На ум приходило только одно. Теперь, когда они с Суан полноправные Сестры, Тамра может позволить им принять участие в поисках. В конце концов, они-то уже все знали. Все остальные причины казались бессмысленными. Она бессознательно ускорила шаг.

«Да не хочу я работать», - протестовала Суан, ее живот бил во все колокола, требуя пищу. Проведя несколько часов в квартире Сеталии среди множества книг и ящиков, доверху набитых бумагой, что превращало ее в нечто, напоминающее жилище Коричневой, она чувствовала себя выжатой как лимон. А еще женщина, похоже, не знала, что на свете существуют подушки для стульев. Все ее стулья были твердыми как камень!

«Не будь дурой», - отрезала седая Сестра, кладя ногу на ногу. Она взяла последнюю страницу, которую давала Суан, и небрежно бросила на письменный стол, где уже лежали шесть других. «Для новичка совсем не плохо. Ты мне нужна, и на этом закончим разговор. Жду тебя здесь завтра утром во второй час Восхода. А теперь, отправляйся и найди себе что-нибудь поесть. Ты теперь Айз Седай, и не можешь пугать округу, грохоча, словно прохудившаяся труба».

Возражать не имело смысла. Проклятая женщина уже довольно ясно объяснила, что два протеста подряд равняются одному грубому нарушению. Будь она проклята! Но она не дала своему гневу проступить на лице. Этот урок она усвоила задолго до прибытия в Тар Валлон. В рыбацком поселке проявления гнева или страха одинаково могли привести к неприятностям. Чаще всего это означало обнаружить в собственной спине торчащий нож.

«Как скажешь, Сеталия», - пробормотала она, заработав еще одну поднятую бровь, но сдержавшись чтобы не убежать из комнаты вон. Снаружи она на самом деле побежала, и пусть Темный заберет всех, кому это не нравится!

Чтоб ей сгореть, почему она была такой дурындой, что позволила этой женщине себя увести? Морейн же предупреждала ее об осторожности, и, не смотря на это, она постаралась выкинуть из головы сомнение, зарожденное словами проклятой Сеталии, стараясь думать как Морейн. Неопытная рука на руле, ведет лодку на мель, либо опрокидывает ее в море. Ее неопытность в самодисциплине означает, что она не скоро сможет выбраться из Башни. Пусть пройдут годы, пока она не станет сильнее, когда сможет послать Сеталию куда подальше, вместе с ее работой. По крайней мере, она не смогла наложить свои лапы на Морейн. С ее изощренным умом она могла бы стать Сеталии великолепной помощницей.

Несмотря на голод, она отправилась искать Морейн, а не пищу, чтобы дать ей знать, что той придется заниматься поисками самостоятельно. При виде Морейн всегда хотелось улыбаться. Сеталия была абсолютно не права в одном. Морейн была не симпатичной фарфоровой куколкой, а прекрасной фарфоровой куколкой. По крайней мере, с наружи. Внутри, если подумать, все выглядело совсем по-другому. Когда Суан впервые ее увидела, была уверена, что через день-два кайриенская девочка сломается как ракушка под ногой. Но с каждым днем Морейн становилась только сильнее, как и она, если не тверже. И не важно, сколько раз ей приходилось падать, она снова поднималась на ноги. Морейн не знала слова «поражение». Поэтому для нее оказалось настоящим сюрпризом обнаружить ее сидящей в кресле в гостиной с мрачным выражением на лице. Шаль была небрежно брошена на спинке. Стоявший на подносе зеленый чайник дымился от горячего чая, но белые чашки выглядели чистыми.

«Что с тобой случилось?» - спросила Суан с порога. – «Ты что, уже заработала наказание?»

«Хуже», - печально ответила та. Ее голос напомнил Суан о серебряных колокольчиках, но Морейн всегда обижалась на подобное сравнение. - «Тамра назначила меня главной по распределению премии».

«Кровь и пепел!» - Суан ощутила на языке вкус от этих слов. Теперь не нужно сдерживаться во время разговора, а можно быть собой. Она навидалась Айз Седай, которые могли заставить покраснеть даже портового грузчика. Однако, ей сразу же припомнился вкус мыла. «Она что, что-то подозревает? Может она пытается исключить твое вмешательство?» - Похоже, что один день с Сеталией наложил на нее отпечаток. Нет, она прошла все проклятые испытания женщины, чуть не одурев сама.

«Думаю - нет, Суан. Просто я училась управлять своим поместьем, хотя и всего несколько месяцев, пока не уехала в Башню. Она сказала, что подобных знаний вполне достаточно». – ее губы горько скривились. – «Я валялась на дороге, как она сказала, а она просто подобрала. Подозреваю, что она поручила эту задачу именно Голубой, поскольку у нас обострено чувство справедливости. А что с тобой? Что еще за загадки Сеталия показывала тебе?»

«Куча старых отчетов», - пробурчала Суан, осторожно садясь на подушку, лежащую на стуле. Такое впечатление, что ее собственная кожа стала в три раза меньше! Не спрашивая разрешения, она налила себе чашку чая. Она никогда не спрашивала у подруги подобные вещи. - «Она просила разобраться с тем, что происходило в Тарабоне, Салдэе и Алтаре сорок или пятьдесят лет назад». – едва слова слетели с языка, как она тут же захотела заткунть себе рот руками, но было уже поздно.

Морейн выпрямилась, похоже очень заинтересовавшись. - «Сеталия возглавляет шпионскую Сеть Голубых». – И это не было вопросом. Доверие к ней сразу же кольнуло сердце.

«Даже во сне не произноси этого в слух. Проклятая женщина зажарит меня заживо словно рыбку, если узнает, что я проболталась. Хотя, возможно она сделает это все равно, но я не хочу давать ей повода, пока она сама его не найдет». – И она так и поступит, судя по тому как прошел сегодняшний день. – «Послушай, выдача премии не займет много времени. Месяц, от силы – два. А потом ты будешь свободна. Дай знать, куда соберешься, и если я что-нибудь узнаю, то пошлю тебе весточку». – У Голубых очень разветвленная сеть осведомителей, и с ее помощью можно не только собирать отчеты, но и отправлять послания.

«Не знаю, что смогу себе позволить через пару месяцев», - тихо ответила Морейн, опустив глаза, очень недовольная собой. – «Я… я кое-что держала от тебя в секрете, Суан». – Но они никогда ничего не держали в секрете друг от друга! – «Боюсь, что Совет Башни желает посадить меня на Солнечный Трон».

Суан моргнула. Морейн – королева? - «А из тебя вышла бы замечательная королева. И не надо приводить в пример тех королев Айз Седай, которые привели все к краху. Это было давно. Сегодня почти у всех правителей есть советница Айз Седай. Кто посмеет против них хоть слова сказать, кроме Белоплащников?»

«Между советницей Айз Седай и королевой огромная разница, Суан», - Морйен выпрямилась, аккуратно расправив юбки. Ее голос приобрел терпеливый тон, который она обычно использовала что-либо объясняя. - «Очевидно, Совет думает, что я смогу получить трон, не вызвав толп восставших на улицах, но мне что-то не хочется проверять, не ошиблись ли они. Кайриэн и без меня за последние два года достаточно натерпелся. Даже если они правы, еще никто не правил Кайриэном достаточно долго без попыток быть убитым, украденным или хуже. Моя прабабка, Каревин, правила почти пятьдесят лет, и Башня называет ее очень хорошим правителем, поскольку Кайриэн процветал и выдержал две войны, но ее именем до сих пор пугают детей. Лучше навсегда быть забытым, чем запомниться как Каревин Дамодред, но даже с Башней за плечами, если Совет преуспеет, я буду стараться быть похожей на нее», - Внезапно ее плечи опустились, а лицо стало близко к слезам. – «Что я могу поделать, Суан? Я попалась как лисица в силок, но не могу даже откусить свою лапу чтобы сбежать».

Опустив чашку на поднос, Суан встала на колени возле кресла Морейн, положив руки на ее плечи. - «Мы найдем выход», - сказала она, постаравшись придать своему голосу больше уверенности, чем ощущала на самом деле. – «Мы обязательно найдем». – Она слегка удивилась, почему Клятвы позволили ей сказать подобные слова. Она не могла представить себе ни одного способа, как им выбраться из этой ситуации.

«Ну раз ты так говоришь, Суан», - Морейн явно не очень-то ей поверила. – «Но есть кое-что, что я могу поправить. Могу я предложить тебе Исцеление?»

Суан готова была ее расцеловать. Что она и сделала.

* * *

Ближе к горам, возвышавшимся впереди, снег еще лежал нетронутым, и дорога, образовавшаяся в нем под тысячью ног и ведущая напрямик через холмы к темнеющим вершинам, которые чем дальше, становились все выше и выше, была четко видна в лучах заходящего солнца. Лан поднял трубу к глазам, но не заметил никакого движения. Айил уже наверняка в горах. Дикий Кот нетерпеливо топтался на месте.

«И это Хребет Мира?» - спросил Раким, с сомнением в голосе. – «Впечатляюще, но я думал, что горы будут повыше».

«Это Кинжал Убийцы Родичей», - рассмеялся много попутешествовавший арафелец. – «Станешь сравнивать, то представь, что это холм по сравнению с горой, и ты не ошибешься».

«А чего мы тут стоим?» - достаточно тихо спросил Канидрин, но Лан все равно его услышал. Канидрин везде, где мог любил срезать углы.

Букама освободил его от необходимости отвечать на подобный вопрос: - «Только глупцы станут навязывать Айил бой в горах», - сказал он громко. Обернувшись в седле к Лану он понизил голос до шепота, что еще больше усугубило его и без того хмурый взгляд. – «Если Свету будет угодно, Пейдрон Найол не станет пытаться заслужить себе славу именно сейчас». – Капитан-Коммодор Детей Света, Лорд Найол на сегодня был выбран командующим армии союзников.

«Он не станет», - просто ответил Лан. Немногие на свете знали о войне столько, сколько Найол. Что означало, данная конкретная война, очень может быть, сегодня закончится.

Складывая трубу и упаковывая ее обратно в футляр, прикрепленный к седлу, он поймал себя на том, что смотрит на север. Он чувствовал тягу, как у железа, которое притягивает магнит. Есть войны, которые нельзя выиграть, но в них все равно приходится сражаться.

Букама, заметив его выражение лица, только покачал головой: - «Только недоумки бросаются из одной войны в другую». – Он даже не пытался говорить тихо, и несколько доманийцев поблизости от Лана обменялись при этих словах недоуменными взглядами, явно не поняв, о чем говорил Букама. Но из приграничников ни один не удивился. Они прекрасно знали, кем он был.

«Месяц-два дадут нам передышку, Букама», - столько времени потребуется чтобы добраться до дома. Если повезет, то всего месяц.

«Год, Лан, не меньше. Всего один год. Ну, хорошо. Восемь месяцев». – Создавалось впечатление, что Букама шел на сделку с совестью. Он почувствовал усталость? Для Лана он всегда казался выкованным из железа, но он уже давно не молод.

«Четыре», - отрезал Лан. Он вытерпел два года, сможет подождать еще четыре месяца. Если и тогда Букама будет чувствовать усталость, то тогда... Тогда он окажется на краю пропасти, которую будет необходимо преодолеть.

Как они и думали, Найол был совсем не дураком, что по правде сказать, оказалось большой удачей, учитывая, что половина армии уже распалась, отпраздновав победу, которая случилась несколько дней назад, чуть ли не в тот же день, когда Айил начали свое отступление. И они называли этот день – Днем Великой Победы. Во всяком случае те, кто не принимал непосредственного участия в битвах, всякие прихлебатели, безучастные наблюдатели и историки уже писали книги, словно уже знали все наперед. Лану было по сути все равно. Его мысли были уже в двух сотнях лиг отсюда – далеко на севере.

Попрощавшись они с Букамой двинулись на юг, не собираясь приближаться к Тар Валону. Это был большой и чудесный город, но в нем было слишком много Айз Седай, чтобы чувствовать себя комфортно. Букама в красках рассказывал о том, что можно увидеть в Андоре и Тире. Они уже были в этих странах, но в основном кроме сражений с Айил ничего не видели, даже знаменитой Тирской Твердыни, не говоря уж об обоих великих городах. Лан вообще не говорил ни слова, пока Букама не обращался непосредственно к нему. Он очень остро переживал разлуку с домом. Все чего он хотел, это вернуться назад в Запустение. И чтоб никаких приключений с Айз Седай.

© Перевод с английского AL, февраль 2004 года