logoleftЦитадель Детей Света - Главнаяlogoright
header
subheader
ГЛАВНОЕ МЕНЮ
Главная
Контакты
Страсти вокруг Колеса
Фэнтези картинки
Карта сайта
Ссылки
[NEW!] Перевод A Memory of Light
Цитаты из книг
Собираем известные или просто запомнившиеся цитаты из книг Колеса Времени в этой теме нашего форума. Начинаю:
"Брак с женщиной без уважения с ее стороны подобен рубашке из шершней, которую нужно носить, не снимая день и ночь напролет." (С) Мэт Коутон.
Кто дополнит?
 

Роберт Джордан17 октября 1948г.

16 сентября 2007г.

 

 

 

 

 

 

 

contenttop
Глава 24. Среди Советниц Печать E-mail
Автор Administrator   
15.11.2006 г.

Кто-то, как оказалось, это была Сарене, пожал руку Шалон, сказав:

- Это там. В Зале Совета. Под куполом. - Отдернув руку, она глубоко вздохнула и взяла поводья.

 - Глупо полагать, что чем ближе мы к этому тер’ангриалу, тем сильнее его воздействие, - пробормотала она, - но мне кажется именно так.

Шалон с трудом отогнала от себя дурные мысли. Пустота не исчезнет, но она заставила себя не обращать на нее внимание. И все же, честно говоря, она ее ощущала.

Они находились на огромной, мощенной белым камнем площади. И хотя она была круглой, местные жители, не смотря ни на что, называли это место именно так.

В центре располагался прекрасный дворец, полукруглое белокаменное сооружение увенчанное высоким куполом в виде полусферы лазурного цвета. Два  верхних яруса под куполом окружали массивные рифленые колонны. Непрерывный людской поток растекался вверх-вниз по широкой белокаменной лестнице, ведущей по обеим сторонам прямо на второй этаж. За исключением арки пары высоких бронзовых врат, стоящих распахнутыми прямо перед ними, весь нижний ярус был из белокамня, на котором были высечены венценосные женщины, более чем в два раза превышающие человеческий рост. Между ними были изображены снопы и свертки ткани, свободные концы которой, казалось, колыхались по ветру, и множество слитков, которые могли изображать как золото, так и серебро или железо, или все три металла вместе. Рядом были изображены мешки, из которых высыпалось то, что выглядело как монеты и драгоценные камни.

Несколько ниже, под ногами женщин, фигурки гораздо меньшего размера, сливаясь в непрерывную линию: правили повозками, работали в кузницах и на ткацких станках.

Этот памятник был воздвигнут, как символ успеха в торговле, что было не слишком разумно. Когда люди считают, что вам сопутствует успех в торговле больше, чем другим, то их не только одолевает зависть, они становятся упрямыми и пытаются навязать вам нелепые сделки. И иногда у вас нет другого пути только как согласиться.

Она поняла, что Харине неодобрительно смотрит на нее, и выпрямилась в седле.

- Простите Госпожа Волн, - сказала она. Источник пропал, но он вернется, несомненно вернется! К тому же у нее есть долг. Она устыдилась, что позволила страху овладеть собой, тем не менее Пустота осталась. О, Свет! Эта Пустота!

-Мне уже лучше. Со мной все будет в порядке, - Харине только кивнула в ответ, все еще хмурясь, и у Шалон пробежал мороз по коже. Молчание Харине вместо ожидаемого упрека говорило о том, что та собирается преподнести нечто похуже.

Кадсуане поскакала прямо через площадь в открытые ворота Зала Совета в просторное помещение с высоким потолком, которое оказалось внутренним конюшенным двором. Дюжина мужчин в синих ливреях, сидящих на корточках между паланкинами, на дверях которых были изображены золотые меч и рука, слуги в синих жилетах, распрягавшие упряжку кареты с таким же гербом, и те, кто подметал каменный пол большими метлами, удивленно посмотрели на них, когда они появились.

По широкому коридору, от которого пахло сеном и навозом, вывели лошадей еще двое конюхов.

Торопливо ступая по полу двора, вытирая руки и слегка преклонив голову вышел полный, гладкощекий мужчина средних лет. Его длинные волосы, в том месте, где другие мужчины носили на затылке косичку с лентой, были схвачены маленькой серебряной заколкой, а синяя куртка, с вышитыми во всей красе на левой груди золотыми Мечом и Рукой, была из прекрасной ткани.

- Прошу прощения, - елейно улыбнулся он, - Не хочу вас обидеть, но боюсь вы должно быть заблудились. Это Зал Совета...

- Передай Главной Советнице Барсалле, что здесь находится Кадсуане Мелэйдрин с целью повидаться с ней, - спешившись с лошади перебила его Кадсуане.

Улыбка мужчины перекосилась, глаза расширились.

- Кадсуане Мелэйдрин? Я думал, что вы... - он резко прервался под ее внезапно ставшим жестким взглядом, закашлявшись в кулак, и вновь напустил на себя свою неискреннюю улыбочку. - Прошу простить меня, Кадсуане Седай. Не разрешите ли вы мне проводить вас и ваших спутников в приемную, где вас гостеприимно встретят, пока я оповещу Главную Советницу.

Его глаза слегка округлились, когда он увидел этих спутников. Похоже он действительно узнал Айз Седай, по крайней мере, когда они собрались вместе. Шалон и Харине заставили его моргнуть, но для сухопутного он умел владеть собой и не разинул в удивлении рот.

- Мальчик, я разрешаю тебе бежать изо всех сил сообщить Алейс, что я здесь, - ответила Кадсуане, снимая плащ и перекидывая его через седло. – Передай, что я жду ее в Зале, и что у меня мало времени. Ну? Бегом!

На этот раз лицо мужчины улыбка оказалась болезненной, но он всего мгновенье колебался, прежде чем припустить во всю прыть, на бегу созывая слуг, чтобы они позаботились о лошадях.

Отдав ему распоряжения, Кадсуане перестала обращать на него внимание.

- Верин, Кумира - вы обе пойдете со мной, - живо продолжила она. - Мериза, собери всех вместе и ждите пока я… - Аланна! Вернись и слезь с лошади. Аланна! - та неохотно отъехала от ворот и с мрачным, сердитым лицом спешилась.

Ее сухощавый страж, Ивон, наблюдал за ней с тревогой. Кадсуане вздохнула, словно ее терпению подходил конец. - Мериза, если для того, чтобы удержать ее здесь нужно будет сесть на нее - сделай это! - заявила она, передавая поводья невысокому, жилистому слуге. - Я хочу, чтобы каждый был готов немедленно уехать отсюда, как только я разберусь с Алейс. - Мериза кивнула, и Кадсуане обернулась к конюху. - Немного воды - это все что ему нужно - сказала она, ласково похлопав лошадь. - Сегодня я его не сильно гоняла.

Шалон была просто счастлива, передать свою лошадь слуге без всяких там советов. Она даже не возражала чтобы он прикончил эту скотину.

Она не знала сколько скакала в седле в полном отупении, но чувствовала себя словно проехала каждую милю из тех многих сотен, которые разделяли Фар Мэддинг и Кайриен. Все тело болело и казалось таким же помятым, как ее одежда. Внезапно до нее дошло, что среди мужчин не видно симпатичного лица Джахара. Страж Верин Томас - коренастый и седовласый, но такой же крепкий как и все остальные мужчины - вел в поводу навьюченную тюками серую в яблоках лошадь, принадлежавшую Джахару. Куда же запропастился он сам?

Мериза, конечно же, совсем не была озабочена его отсутствием.

- Эта Главная Советница, - проворчала Марин, позволив Моаду помочь ей спешиться. Двигалась она так же одеревенело как и Шалон. Моаду же просто спрыгнул с лошади. – Она здесь важная персона, Сарине?

- Можешь считать ее правителем Фар Мэддинга, однако прочие Советницы называют ее первой среди равных, что бы под этим не подразумевалось. - Сарене, выглядевшая довольно таки пристойно, передала свою лошадь слуге.

Возможно, раньше она и была расстроена из-за отрезавшего их от Источника тер’ангриала, но сейчас она, холодная и бесстрастная, походила на ледяную статую, так что слуга, увидев ее лицо, споткнулся о собственные ноги.

- Когда-то Главная Советница давала советы королевам Маредо, но с тех пор как государство Маредо... распалось, большинство Главных Советниц считают себя законными наследниками правителей Маредо.

Познания Шалон в истории сухопутных были такими же поверхностными, как и ее осведомленность о географии вдали от моря, но никогда раньше она не слышала о какой-либо стране, которую называли бы Маредо. Однако для Харине этого было достаточно. Если эта Главная Советница здесь правит, Госпожа Волн из клана Шодейн должна с ней встретиться, никак не меньше. Этого требовало ее высокое положение. Она решительно заковыляла по конюшенному двору по направлению к Кадсуане.

- Да, кстати, - сказала несносная Айз Седай даже прежде чем Харине смогла открыть рот. - Ты и твоя сестра пойдете со мной. Без Господина Мечей. Если мужчина войдет в зал, в этом не будет ничего хорошего, а уж при виде вооруженного мужчины Советниц может хватить удар. Какие-нибудь возражения, Госпожа Волн?

Харине захлопнула рот, так что было слышно как щелкнули зубы.

- Отлично, - пробормотала Кадсуане. Шалон тяжело вздохнула, еще усилив раздражение сестры.

Кадсуане повела их по просторным, освещенным позолоченными светильниками коридорам, которые были выложены плитками лазурного цвета, а стены украшены великолепными гобеленами и роскошными зеркалами. Поначалу, при их появлении слуги в синем смотрели на них удивленно, но затем оказывали им должное почтение на свой сухопутный манер. Затем они поднялись вслед за Кадсуане по винтообразной белокаменной лестнице, пролеты которой ничем не поддерживались, за исключением тех мест, где они, и то не всегда, соприкасались с тусклыми стенами.

Кадсуане шла плавно словно лебедь, но при этом так быстро, что ноги Шалон объяла жгучая боль. Лицо Харине застыло деревянной маской, скрывавшей, какого усилия ей стоило идти в таком темпе. Даже Кумира, которая без явного труда поспевала за Кадсуане, выглядела изумленной. Маленькая, полная Верин, шедшая рядом с Кадсуане, время от времени оборачиваясь через плечо, улыбалась Харине и Шалон. Порой Шалон думала, что ненавидит Верин, но эти улыбки не таили ни неприязни, ни насмешки, в них была только поддержка.

Миновав последний лестничный пролет, со всех сторон окруженный стенами, они внезапно очутились на верхней галерее, на всем протяжении которой тянулись замысловатые позолоченные металлические перила… На секунду Шалон застыла в изумлении. Над ней куполом возвышался лазурный свод, достигавший в своей высшей точке более ста футов. Она ничего не знала об архитектуре, истории – об Айз Седай тоже - и географии стран прибрежья, кроме разве Кайриена – в целом ее незнание распространялось почти на все, что связано с сушей. И хотя она имела представление о том, как начертить чертеж корабля и даже видела как их строят, она не могла себе вообразить как можно воздвигнуть такое.

Арочные дверные проемы вокруг галереи, окаймленные белым камнем, такие же, как тот, через который они вошли раньше, показывали ступеньки еще трех лестниц. Казалось, Кадсуане была довольна тем фактом, что кроме них никого не было, по крайней мере, она с удовлетворением кивнула сама себе.

- Кумира, покажи Госпоже Волн и ее сестре Стража Фар Мэддинга. - ее голос отразился слабым эхом внутри огромного купола.

Она оттащила Верин чуть подальше и парочка, склонив головы друг к другу, тихо зашептались так, что не было даже эха.

- Вы должны простить ее, - тихо обратилась Кумира к Харине и Шалон, хотя даже это породило легкий шум, почти что эхо. – Мир, это слишком даже для Кадсуане. - Она провела пятерней по своим коротким каштановым волосам и покачала головой. – Советницы не жалуют Айз Седай, особенно Сестер, которые родились здесь. Полагаю, они бы предпочли, чтобы Силы вообще не было. Что ж, их история дает им основание об этом мечтать, и в течение последних двух тысяч лет у них были средства, чтобы поддерживать эту иллюзию. Как бы то ни было, Кадсуане это Кадсуане. При виде кого-нибудь с большим самомнением она редко обходится без того, чтобы не поставить на место этого человека, даже если на нем корона. Или Венец Советницы.

Последний раз она была здесь во время Айильской войны, двадцать лет назад, и как я подозреваю, те, кто помнит это, захотят забраться под свои кровати, едва узнав про ее возращение. - Кумира слегка усмехнулась. Шалон не нашла в этом ничего смешного, а Харине, скривив губы, стала похожа на человека, которого мучают боли в животе.

- Хотите взглянуть на … Стража? – продолжила Кумира. – на мой взгляд, все равно как его называть. Хотя и смотреть-то особенно не на что. – Она осторожно, словно опасаясь, что может упасть, приблизилась к позолоченным перилам и взглянула вниз. Ее  голубые глаза снова пронзительно засверкали. – Я бы многое отдала за то, чтобы изучить его, хотя, конечно, это невозможно. Кто знает, какими еще возможностями он обладает, кроме тех, о которых мы уже знаем? – в ее голосе было столько же волнения, сколь и сожаления.

Шалон, не испытывавшая страха перед высотой, и которая хотела рассмотреть то, что блокировало доступ к Источнику, перегнулась рядом с Айз Седай через искусно сработанные перила. Вскоре, к ним присоединилась Харине. Шалон удивилась, что Кумира боялась упасть здесь, где высота была меньше двадцати футов. Гладкий пол внизу был выложен голубой и белой плиткой таким образом, что узор составлял запутанный лабиринт, сходящийся в центре к заостренному с двух сторон красному овалу, вставленному внутрь желтого. Прямо под балконом на скамьях, которые были равномерно расположены по периметру зала вплотную к стенам, сидели три женщины в белом. Рядом с каждой женщиной располагался диск в пядь шириной, в который был вмонтирован затуманенный кристалл. Они были прямо в полу и каждый из них содержал прозрачную кристаллическую стрелку, указывающую на центр зала. Вокруг дисков были металлические ободки, которые были разграничены словно компас, между большими разметками располагались еще более мелкие. Шалон была не вполне уверена, но вроде бы на ближайшем к ней были вырезаны еще и цифры. И больше ничего. Никаких впечатляющих сооружений. Раньше она представляла себе это как нечто гигантское, черное, что поглощало бы свет. Вцепившись в перила, она прижала к ним колени, чтобы не дрожали. Что бы ни было там внизу, это лишало их Света.

Тихий шелест шагов объявил о вновь прибывших. Около дюжины улыбающихся женщин, волосы которых были убраны в прически в виде сфер, появились на галерее через тот же вход, сквозь который они сами вошли немного раньше. Поверх платьев на них были одеты богато вышитые золотом мантии, которые стелились за ними по полу. Они знали, как подчеркнуть свое звание. Каждая носила большую подвеску в форме красного овала, оправленного в золотой, и подвешенную на цепи из золотых звеньев. На голове были диадемы, украшенные тем же символом. Но у одной из них, вместо эмали, красный овал был из рубинов, а золотой венец почти полностью скрывали сапфиры и лунные камни. На указательном пальце ее правой руки была золотая печатка. Высокого роста, с черными, убеленными сединой, волосами собранными наверху в большую сферу - она производила величественное впечатление.

Среди остальных женщин были высокие и низенькие, полные и стройные, хорошенькие и невзрачные, но в одном они походили друг на друга: все они были уже не молоды и каждую окружала аура величия. Ее глаза светились мудростью и сострадание, и вся она, казалось, излучала не просто величие, а власть. Не было надобности сообщать Шалон, кто перед ней, но Главная Советница все равно это сделала.

- Я Алейс Барсалле, Главная Советница Фар Мэддинга. – сказано это было сладкозвучным, довольно-таки низким для женщины голосом, но так официально, будто она ожидала, что ей закричат «ура». Эхо ее голоса отразилось внутри купола чем-то похожим на приветственные крики. – Фар Мэддинг приветствует Харине дин Тогара Два Ветра, Госпожу Волн из Клана Шодейн и Чрезвычайного Посла Госпожи Кораблей Ата’ан Миэйр. Свет да озарит и принесет Вам благоденствие.  Ваш приезд привнес радость в сердца народа Фар Мэддинга. Пользуясь случаем, я хотела бы побольше узнать об Ата’ан Миэйр, но должно быть невзгоды пути утомили Вас. В моем дворце для Вас приготовлены уютные апартаменты. Когда вы поедите и отдохнете, мы сможем побеседовать к нашей взаимной выгоде, если на то будет угодно Свету.

Советницы слегка поклонились, расправив подолы своих одеяний. Харине чуть склонила голову, в ее улыбке проскользнул намек на удовлетворение. Наконец-то ей оказали надлежащее уважение. Вероятней всего они справились потому, что не таращились на ее и Шалон драгоценности.

- Посыльные у ворот все так же быстры как всегда, Алейс. - сказала Кадсуане. – А мне ты не рада? - Улыбка Алейс на мгновение поблекла, когда Кадсуане встала рядом с Марин, так же как остальные улыбки разом увяли, а те, что остались, были явно вымученными. Одна привлекательная женщина с властным взглядом зашла так далеко, что даже помрачнела.

- Мы благодарны вам за то, что вы привели Госпожу Волн, Кадсуане Седай. – По тону Главной Советницы нельзя было сказать, что она так уж сильно благодарна.  Она вытянулась в полный рост и устремила взгляд скорее поверх головы Кадсуане, чем на нее. – Я уверена, что мы найдем способ выразить вам всю глубину нашей признательности, прежде чем вы нас покинете.

Более ясно дать понять, что присутствие Кадсуане здесь нежелательно, можно было только лишь прямым приказом ей убраться. Но Айз Седай просто улыбнулась более высокой женщине снизу вверх. В сущности, эта улыбка не была неприязненной, но не была она и довольной.

- Возможно, какое-то время я побуду здесь, Алейс. Я благодарю тебя за твое предложение и принимаю его. Дворец на Высотах гораздо предпочтительнее самой лучшей гостиницы.

Глаза Главной Советницы в изумлении расширились, но затем решительно сузились.

- Кадсуане должна остаться вместе со мной, - раздался приглушенный голос Харине, прежде чем Алейс смогла ответить. – Там, где не рады ей, не рады и мне. - То была часть сделки, которую ей навязали, когда они захотели сопровождать Кадсуане. Кроме всего прочего, они должны были идти когда и куда она скажет вплоть до момента встречи с Корамуром, а так же брать ее с собой туда, куда пригласят их. Это последнее в настоящий момент казалось не таким уж важным, в особенности в сравнении со всем остальным. Но было ясно, что Кадсуане точно знала, какой прием ей будет оказан.

- Не нужно унывать, Алейс. – Кадсуане доверительно наклонилась к Главной Советнице, не понизив, однако, голоса. Эхо под куполом усилило ее слова. - Я уверена, что у тебя больше нет каких-либо плохих привычек, от которых мне пришлось бы тебя отучать.

Лицо Главной Советницы залил румянец, а за ее спиной Советницы обменялись мрачными, подозрительными взглядами. Некоторые разглядывали ее так будто впервые увидели. Каким образом Советницы добиваются своего звания, и как могут его лишиться? Не считая Алейс, их было двенадцать. Несомненно это было просто совпадением, но обычно Первые Двенадцать из клана Госпожи Парусов из своего числа выбирали Госпожу Волн и Первые Двенадцать Госпожи Волн выбирали Госпожу Кораблей. Лишь то, что она принадлежала к Первым Двенадцати и, по словам Айз Седай, обладала истинным зрением, заставило Харине принять как должное странные слова девушки. Даже Госпожа Волн и Госпожа Кораблей могут быть низложены, правда, лишь только в определенных случаях, таких как их вопиющая некомпетентность или, например, когда они утрачивают способность здраво мыслить. Тогда все Двенадцать единогласно выступают за их отстранение от должности. Жители суши во многом поступают по-другому и часто не понятно.

Полные ненависти и страха глаза Алейс были прикованы к Кадсуане. Возможно, она ощущала, как двенадцать пар глаз сверлят ей спину. Советницы внимательно наблюдали за ней. И зачем только Кадсуане понадобилось вмешиваться в здешние интриги? К тому же столь откровенно?

- Мужчина только что воспользовался Силой, - неожиданно сказала Верин. Она не присоединилась к остальным, а, стоя в десяти шагах от перил, вглядывалась вниз. Ее голос разнесся под куполом. – Много ли мужчин направляли здесь в последнее время, Главная Советница?

Шалон взглянула вниз и моргнула. Некогда прозрачные стрелки теперь почернели и каким-то образом повернулись приблизительно в одном направлении, указывая примерно в центр зала.

Внизу вскочила одна из женщин и, склонившись над тер’ангриалом, принялась изучать по маркированному ободку, куда указывали тонкие черные стрелки, а остальные две устремились к проходу, ведущему в другое помещение.

Внезапно Шалон осенило. Триангуляцией – вычислением координат точки пересечения по заданным стороне треугольника и двум углам - владели все Ищущие Ветер. Где-то рядом, в соседнем помещении, находилась карта, и вскоре место, где направлял мужчина будет на ней отмечено.

- Если бы Силой воспользовалась женщина, цвет был бы красный, а не черный. – полушепотом пояснила Кумира. Она все еще стояла чуть в отдалении от перил, но уже вцепившись в них обеими руками и наклонившись вперед, рассматривая что происходит внизу. – Он оповещает, обнаруживает и защищает. Но что еще? Женщины, которые создали этот тер’ангриал, захотели бы наделить его какими-либо еще способностями, которые им возможно требовались. Опасно его использовать, не зная, какими еще возможностями он обладает. - Однако, в ее голосе не было страха, одно лишь волнение.

- Аша'ман, полагаю, - невозмутимо ответила Алейс, оторвав взгляд от Кадсуане. – Не в их силах причинить нам какие-либо неприятности, а посещать город они могут до тех пор, пока не нарушат наши законы.

Какой бы спокойной она не была, некоторые из Советниц позади нее захихикали, словно неопытные девушки Морского Народа, впервые оказавшиеся на суше. – Простите меня, Айз Седай. Фар Мэддинг приветствует … к сожалению, я не знаю вашего имени…

Верин все еще смотрела вниз. Шалон, снова бросив взгляд через перила, в удивлении моргнула, увидев как стрелки опять изменили направление. Только что они были черными и указывали на север, а через секунду снова стали прозрачными и указывали в центр зала. Стрелки не повернулись, просто мгновение назад они выглядели так, а в следующий миг - по-другому.

- Зовите меня Идвиной. – сказала Верин. Шалон едва сдержалась, чтобы не вздрогнуть. Кумира всего лишь моргнула. – Знаете ли вы историю, Главная Советница? – продолжила Верин, не подняв взгляда. - Гвайр Амаласан захватил Фар Мэддинг всего-то за три недели. Жуткое дело.

- Сомневаюсь, что они хотят слушать о нем. – Резко встряла Кадсуане. И действительно, по какой-то причине большинство Советниц явно чувствовали себя не в своей тарелке. Кто, Света ради, этот Гвайр Амаласан? Имя звучало смутно знакомо, но не вызывало у Шалон никаких ассоциаций. Очевидно какой-нибудь сухопутный завоеватель. Алейс, сжав губы, перевела взгляд на Кадсуане.

– История описывает Гвайра Амаласана как выдающегося полководца, Идвина Седай, возможно самого великого после самого Артура Ястребиное Крыло. Почему вы упомянули о нем?

Шалон ни разу ранее не видела, чтобы хоть одна из Айз Седай, путешествовавших вместе с Кадсуане, не прислушивалась к ее даже вскользь брошенным замечаниям так же как они выполняли ее распоряжения. В этот раз Верин не обратила внимания на слова Кадсуане и даже не подняла голову. – Я думала о том, что он, не имея возможности воспользоваться Единой Силой, все равно сокрушил Фар Меддинг как перезрелую сливу.

Невысокая, полная Айз Седай умолкла, словно ей только что что-то пришло на ум.

- Видите ли, у Возрожденного Дракона есть войска и в Тире, и в Иллиане, и в Андоре, и в Кайриене. Не говоря уже о десятках тысяч Айил. Очень воинственных Айил. Мне интересно, как вы можете быть так самоуверенны, когда его Аша'маны шныряют у вас под носом?

- По-моему, ты достаточно их запугала, - решительно промолвила Кадсуане.

Верин наконец-то отвернулась от перил, ее глаза широко раскрылись, а сама она выглядела как пухленькая, испуганная перепелка. Она взмахнула своими полными руками словно крыльями.

– О, я не это имела в виду… Нет. Полагаю, Дракон Возрожденный уже выступил бы против вас, будь у него такие намерения. Нет, я подозреваю Шончан… Вы слышали о них? Судя по слухам из Алтары и дальше с запада это действительно ужасно. Они, кажется, сметают абсолютно все на своем пути. Я думаю, в Его планы не входит захват Фар Мэддинга, так как Шончан представляют для него большую угрозу. До тех пор, конечно, пока вы не рассердите его чем-либо или не оскорбите его последователей. Но я убеждена, что вы слишком умны, чтобы совершить такую ошибку.

Она была сама невинность. Ряды Советниц заколебались, словно рябь прошла на поверхности воды от маленькой рыбки, когда ее преследует рыба лев.

Кадсуане кашлянула, ее терпению явно подходил конец.

– Если вы желаете поговорить о Возрожденном Драконе, то без меня. Я же хочу умыться и выпить чаю.

Главная Советница дернулась, словно она уже успела забыть о существовании Кадсуане, что само по себе казалось невозможным. – Да, конечно. Кумирэ, Нарвайс, не соблаговолите ли вы проводить Госпожу Волн и Кадсуане Седай в...  мой дворец, и окажите им радушный прием. - Эта легкая запинка, вот и все что выдало ее нежелание, чтобы Кадсуане оставалась во дворце. – Я бы хотела еще побеседовать с Идвиной Седай, если она не возражает, конечно.

Алейс, за которой последовали большинство Советниц, скользящей походкой удалилась. Верин, окруженная Советницами, казалась встревоженной и нерешительной, но поплелась вслед за ней. Шалон не поверила ни в ее удивление, ни в неловкость, так же как ранее она не поверила ее невинному виду. Она подумала, что теперь знает где Джахар. Правда она не знала зачем.

Женщины, которых назвала Алейс, та хорошенькая, которая ранее сердито смотрела на Кадсуане, и другая, стройная и седоволосая, приняли просьбу Главной Советницы так, словно это был приказ, чем возможно она и являлась. Расправив  подолы и слегка поклонившись они поинтересовались: не будет ли Харине так любезна последовать за ними, а также в цветистых выражениях объявили, какое удовольствие им доставит сопровождать ее в покои. Харине выслушала их с мрачным видом. Они могут усыпать перед ней дорогу целыми корзинами лепестков роз, но это не изменит тот факт, что Главная Советница оставила ее на попечение своих подчиненных. Шалон же интересовало одно - есть ли хоть какая-нибудь возможность не привлекать к себе внимание сестры, до тех пор, пока ее раздражительность не утихнет.

Когда Верин и Алейс вышли через арку галереи, губы Кадсуане незаметно искривила слабая улыбка, хотя она даже не взглянула в их сторону.

- Кумирэ и Нарвайс, - сказала она отрывисто. – Кумирэ Поувайс и Нарвайс Маслин, да? Я наслышана о вас.

Этими словами она привлекла к себе их внимание.

– Существуют нормы, которым должна отвечать любая Советница, - твердо продолжила Кадсуане, взяв их за рукава и развернув лицом к обеим лестницам, что расположились по обеим сторонам от нее. Обменявшись обеспокоенными взглядами, они явно уже позабыли о Харине. У лестницы Кадсуане, приостановившись, оглянулась, но не на Харине или Шалон. - Кумира? Кумира!

Айз Седай вздрогнула и, бросив последний, долгий взгляд за перила, поспешила к Кадсуане, не оставив Шалон и Харине выбора, кроме как последовать за ними или остаться здесь и самим попытаться найти выход. Шалон быстро бросилась вслед за ними, да и Харине не отставала от нее. Кадсуане, притянув к себе Советниц, спускалась вниз по винтовой лестнице, тихо что-то им говоря. Шалон же ничего не могла услышать, так как впереди нее шла еще и Кумира.

Кумирэ и Нарвайс пытались что-то сказать, но все что им удавалось - это произнести пару слов, после чего Кадсуане их снова перебивала. Сама же Кадсуане, в отличие от взволнованных Советниц, оставалась невозмутимой. Что Света ради она затеяла?

- Это место тебя беспокоит? – неожиданно спросила Харине.

- Словно у меня больше нет глаз, - содрогнулась Шалон, поняв, как в действительности себя чувствует. – Я боюсь, Госпожа Волн, но с благословением Света, я могу сдержать свой страх в узде. - Свет, она надеялась, что сможет. Ей очень нужно это сделать.

Харине кивнула, мрачно уставившись на женщину, которая спускалась впереди них по лестнице.

– Не знаю, есть ли во дворце Алейс достаточно большая ванна, чтобы мы могли принять ее вместе, и сомневаюсь, что они умеют делать вино с медом, но мы что-нибудь придумаем.

Оторвав взгляд от Кадсуане и тех, кто шел рядом с ней, она неловко прикоснулась к руке Шалон.

 – Когда я была ребенком, я страшно боялась темноты, и ты всегда оставалась со мной, пока страх не проходил. Я тоже не покину тебя, Шалон.

Шалон оступилась и едва не полетела кубарем вниз. Харине никогда раньше не называла ее по имени, разве что с глазу на глаз, с тех самых пор, как она стала Госпожой Парусов. И никогда раньше она не была так дружелюбна.

– Спасибо, - сказала она, с трудом добавив, - Харине.

Сестра улыбнулась, снова похлопав ее по руке. И хотя Харине не очень то умела улыбаться, ее неловкая попытка согрела сердце Шалон. Но взгляд, который она обратила в сторону шедших впереди женщин, был холоден.

- Возможно, я действительно смогу заключить здесь сделку. Кадсуане уже сдвинула их балласт и они плывут с креном. Ты должна выяснить почему, Шалон, когда подберешься к ней поближе. Хотела бы я сбить спесь с Алейс, но только не такой ценой, чтобы позволить Кадсуане втянуть Корамура в какие-нибудь неприятности. Ты должна все разузнать, Шалон.

- По-моему, Кадсуане сует свой нос всюду, куда только можно и даже нельзя, - вздохнула Шалон. – но я попытаюсь, Харине. Сделаю все, что в моих силах.

- Как всегда было и будет, сестра. Я знаю.

Шалон снова вздохнула. Она была еще не совсем готова к этому вновь обретенному сердечному отношению со своей сестрой. Раскаянье может повлечь за собой не только прощение, а она не смогла бы больше жить, потеряв одновременно и свое положение, и мужа. Но впервые с тех пор, как Верин, за сохранение ее тайны, напрямик выложила условия Кадсуане, она стала задумываться - не лучше ли ей во всем сознаться?

 
« Пред.   След. »